Street Law
Войти
Суд
Второй кассационный суд общей юрисдикции
Дело №
88-10027/2020 · материал 8Г-9323/2020
Дата
14 мая 2020 г.
Исход
Оставлено без изменения
Позиция
одобрены выводы нижестоящих судов

О возмещении ущерба причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия

Суть дела

Нижестоящие суды

Решением Щербинского районного суда города Москвы от 26 сентября 2018 года, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 26 ноября 2019 года исковые требования Федеральной службы охраны Российской Федерации удовлетворены.

Итог в кассации

решение Щербинского районного суда г. Москвы от 26 сентября 2018 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 26 ноября 2019 года оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО4 - без удовлетворения.

Краткое описание собрано автоматически из слов самого определения; разбор акта ещё не проводился.

Текст определения

¶ 1Дело № 88-10027/2020

¶ 2ОПРЕДЕЛЕНИЕ

¶ 314 мая 2020 года г. Москва

¶ 4Судебная коллегия по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции в составе:

¶ 5председательствующего: ФИО1,

¶ 6судей: ФИО2, ФИО3,

¶ 7рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-3315/2018 по иску Федеральной службы охраны Российской Федерации к ФИО4 о возмещении ущерба причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия

¶ 8по кассационной жалобе ФИО4 на решение Щербинского районного суда г. Москвы от 26 сентября 2018 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 26 ноября 2019 года

¶ 9Заслушав доклад судьи Второго кассационного суда общей юрисдикции ФИО3, объяснения представителя ФИО4 – ФИО5 (по ордеру), поддержавшей доводы кассационной жалобы, представителя ФСО России – ФИО6 (по доверенности), возражавшего против удовлетворения кассационной жалобы

¶ 10Судебная коллегия по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции

¶ 11УСТАНОВИЛА:

¶ 12Федеральная служба охраны Российской Федерации (далее ФСО России) обратилось в суд с иском к ФИО4 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия.

¶ 13Требования мотивируя тем, что 24 мая 2017 года в районе <адрес> по Кутузовскому проспекту г. Москвы произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля марки «Мазда 3», г/н № под управлением собственника ФИО4 и автомобиля «Тойота Камри», г/н №, под управлением ФИО7, принадлежащего на праве собственности ФСО России. ДТП произошло по вине ФИО4, нарушившего п. 1.3 приложения 2 ПДД РФ. В результате данного ДТП принадлежащий стороне истца автомобиль получил механические повреждения. На момент ДТП автомобиль стороны истца по договору ОСАГО был застрахован в СПАО «Ингосстрах», которой в рамках прямого возмещение ущерба выплачено страховое возмещение в сумме 400 000 руб. Согласно заключению эксперта стоимость восстановительного ремонта поврежденного автомобиля стороны истца без учета износа составляет 1 067 719 руб. По изложенным основания сторона истца просила взыскать с ответчика фактический размер ущерба за вычетом суммы страхового возмещения в размере 667 719 руб. (1 067 719 руб. - 400 000 руб.).

¶ 14Решением Щербинского районного суда города Москвы от 26 сентября 2018 года, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 26 ноября 2019 года исковые требования Федеральной службы охраны Российской Федерации удовлетворены. С ФИО4 в пользу Федеральной службы охраны Российской Федерации в счет возмещения ущерба взыскано 667 719 руб.

¶ 15В кассационной жалобе ФИО4, ссылаясь на неверное установление фактических обстоятельств дела и существенное нарушение норм материального и процессуального права судом первой и апелляционной инстанций, просит отменить состоявшиеся судебные постановления.

¶ 16В судебное заседание суда кассационной инстанции, иные участники процесса надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения жалобы не явились.

¶ 17Согласно ст. 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

¶ 18В силу п.1 ч. 1 ст. 390 ГПК РФ по результатам рассмотрения кассационных жалобы, представления кассационный суд общей юрисдикции вправе оставить постановления судов первой и (или) апелляционной инстанции без изменения, а кассационные жалобу, представление без удовлетворения.

¶ 19Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, проверив по правилам ст. 379.6 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов, содержащихся в кассационной жалобе, законность судебных постановлений, принятых судами первой и апелляционной инстанций, Судебная коллегия по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции не находит оснований для удовлетворения жалобы и отмены судебных постановлений.

¶ 20Согласно ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

¶ 21В силу ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

¶ 22В соответствии со ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов…), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.). Вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (ст. 1064).

¶ 23В соответствии со ст. 1072 ГК РФ, юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим ущербом.

¶ 24В отличие от законодательства об ОСАГО Гражданский кодекс Российской Федерации провозглашает принцип полного возмещения вреда.

¶ 25Как установлено судами нижестоящих инстанций и следует из материалов дела, 24 мая 2017 года в районе <адрес> по Кутузовскому проспекту г. Москвы произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля марки «Мазда 3», г/н № под управлением собственника ФИО4 и автомобиля «Тойота Камри», г/н №, под управлением ФИО7, принадлежащего на праве собственности ФСО России.

¶ 26ДТП произошло по вине ФИО4, нарушившего п. 1.3 приложения 2 ПДД РФ (двигаясь вне перекрестка, совершил разворот в нарушение требований, предписанных дорожной разметкой 1.3, Приложения 2 к ПДД РФ, не уступил дорогу транспортному средству, двигающемуся в прямом направлении) и в соответствии с ч.2 ст. 12.16 КоАП РФ, последнему назначено административное наказание в виде штрафа, что подтверждается постановлением по делу об административном правонарушении от 24 мая 2017 года.

¶ 27В результате произошедшего по вине водителя ФИО4 ДТП автомобиль принадлежащий стороне истца получил механические повреждения.

¶ 28На момент ДТП, автомобиль «Тойота Камри», г/н №, был застрахован по договору ОСАГО в СПАО «Ингосстрах» (полис: серия ЕЕЕ №), автомобиль «Мазда 3», г/н № по договору ОСАГО в ПАО СК «Росгосстрах» (полис: серия ЕЕЕ №).

¶ 29По заявлению истца СПАО «Ингосстрах» произведена выплата страхового возмещения в размере 400 000 руб.

¶ 30Согласно экспертного заключения ООО «НИК» № от 07 июня 2017 года, стоимость восстановительного ремонта автомобиля «Тойота Камри», г/н №, без учета износа составляет 1 067 719 руб., с учетом износа 927 148 руб. 37 коп.

¶ 31Исковые требования стороной истца мотивированы тем, что размер произведенной СПАО «Ингосстрах» страховой выплаты для покрытия фактически причиненного ущерба недостаточен, в связи с чем, сторона истца просила взыскать с ответчика сумму ущерба в размере 667 719 руб.

¶ 32Согласно правовой позиции, приведенной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 11.07.2019 N 1838-О в оценке положений Закона об ОСАГО во взаимосвязи их с положениями главы 59 ГК РФ Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 31.05.2005 N 6-П исходил из того, что требование потерпевшего (выгодоприобретателя) к страховщику о выплате страхового возмещения в рамках договора обязательного страхования является самостоятельным и отличается от требований по обязательствам из причинения вреда. Различия между страховым обязательством, где страховщику надлежит осуществить именно страховое возмещение по договору, и деликтным обязательством непосредственно между потерпевшим и причинителем вреда обусловливают разницу в самом их назначении и, соответственно, в условиях возмещения вреда. Смешение различных обязательств и их элементов, одним из которых является порядок реализации потерпевшим своего права, может иметь неблагоприятные последствия с ущемлением прав и свобод стороны, в интересах которой установлен соответствующий гражданско-правовой институт, в данном случае - для потерпевшего. И поскольку обязательное страхование гражданской ответственности владельцев транспортных средств не может подменять собой и, тем более, отменить институт деликтных обязательств, как определяют его правила главы 59 ГК РФ, применение правил указанного страхования не может приводить к безосновательному снижению размера возмещения, которое потерпевший вправе требовать от причинителя вреда.

¶ 33Закон об ОСАГО, будучи специальным нормативным актом, вместе с тем не отменяет действия общих норм гражданского права об обязательствах из причинения вреда между потерпевшим и причинителем вреда, а потому потерпевший при недостаточности страховой выплаты на покрытие причиненного ему ущерба вправе рассчитывать на восполнение образовавшейся разницы за счет лица, противоправное поведение которого вызвало этот ущерб, с предъявлением ему соответствующего требования. Положения статьи 15, пункта 1 статьи 1064, статьи 1072 и пункта 1 статьи 1079 ГК РФ, как это следует из Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 10.03.2017 N 6-П, по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования (во взаимосвязи с положениями Закона об ОСАГО) предполагают возможность возмещения лицом, гражданская ответственность которого застрахована по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, потерпевшему, которому по указанному договору страховой организацией выплачено страховое возмещение в размере, исчисленном в соответствии с Единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства с учетом износа подлежащих замене деталей, узлов и агрегатов транспортного средства, имущественного вреда по принципу полного его возмещения, если потерпевший надлежащим образом докажет, что действительный размер понесенного им ущерба превышает сумму полученного страхового возмещения.

¶ 34Из разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, данных в пункте 35 постановления от 26 декабря 2017 г. N 58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», следует, что причинитель вреда, застраховавший свою ответственность в порядке обязательного страхования в пользу потерпевшего, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба только в случае, когда страхового возмещения недостаточно для полного возмещения причиненного вреда (статья 15, пункт 1 статьи 1064, статья 1072 и пункт 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

¶ 35Таким образом, с причинителя вреда в порядке статьи 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации может быть взыскана только разница между рыночной стоимостью ремонта автомобиля и суммой страхового возмещения, которая подлежала выплате истцу по правилам ОСАГО.

¶ 36Разрешая данный спор, суды первой и апелляционной инстанций, руководствуясь вышеуказанными положениями действующего законодательства, регулирующего спорные правоотношения, принимая во внимание выше установленные обстоятельства и удовлетворяя требования стороны истца, обосновано исходили из необходимости возмещения причиненного истцу ущерба за счет ФИО4 в части разницы между фактическим размером ущерба и суммой подлежащей выплате страхового возмещения с учетом износа.

¶ 37Как правомерно отмечено нижестоящими судами обязанность по возмещению вреда в виде разницы между стоимостью восстановительного ремонта транспортного средства без учета износа и фактической стоимостью ремонтных работ с учетом износа лежит на причинителе вреда, т.к. в отличие от законодательства об ОСАГО Гражданский кодекс Российской Федерации провозглашает принцип полного возмещения вреда, тем самым обоснованно взыскав с ответчика в пользу стороны истца разницу между суммой страхового возмещения с учетом износа и фактическим размером ущерба в размере 667 719 руб. (1 067 719 руб. – 400 000 руб.), с учетом представленного стороной истца заключения, которое стороной ответчика не оспорено, доказательств обратного не представлено.

¶ 38Доводы заявителя кассационной жалобы об обратном, признаются несостоятельными.

¶ 39Не могут быть приняты во внимание и доводы кассационной жалобы об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований и взыскании суммы ущерба без учета износа, поскольку требования о взыскании ущерба заявлены как разница между фактическим размером ущерба причиненного стороной ответчика в указанном ДТП и страховым возмещением, подлежащим выплате страховщиком с учетом износа, что составляет 667 719 руб. (1 067 719 руб. – 400 000 руб.).

¶ 40Указанные выводы нижестоящими судами сделаны в соответствии с требованиями действующего законодательства предусматривающего право истца на полное возмещение вреда, предусмотренное ст. ст. 15, 965, 1064, 1079 ГК РФ, а также разъяснениям, данным в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 10 марта 2017 г. N 6-П. На причинителя вреда в силу закона возлагается обязанность возместить потерпевшему убытки в виде реального ущерба (ст. ст. 15, 1064 ГК РФ). Обязательства, которые возникли у ответчика вследствие причинения им вреда, ограничиваются суммой причиненного реального ущерба.

¶ 41В соответствии с положения п. 5 Постановления Конституционного Суда 10 марта 2017 г. N 6-П и на основании ст. 35, 19, 52 Конституции Российской Федерации, определение объема возмещения имущественного вреда, причиненного потерпевшему при эксплуатации транспортного средства иными лицами, предполагает необходимость восполнения потерь, которые потерпевший объективно понес или понесет, принимая во внимание в том числе требование пункта 1 статьи 16 Федерального закона «О безопасности дорожного движения», согласно которому техническое состояние и оборудование транспортных средств должны обеспечивать безопасность дорожного движения, - с неизбежностью должен будет понести для восстановления своего поврежденного транспортного средства.

¶ 42Согласно абз. 3 п. 5 Постановления Конституционного Суда 10 марта 2017 г. N 6-П, замена поврежденных деталей, узлов и агрегатов - если она необходима для восстановления эксплуатационных и товарных характеристик поврежденного транспортного средства, в том числе с учетом требований безопасности дорожного движения, - в большинстве случаев сводится к их замене на новые детали, узлы и агрегаты. Поскольку полное возмещение вреда предполагает восстановление поврежденного имущества до состояния, в котором оно находилось до нарушения права, в таких случаях - при том, что на потерпевшего не может быть возложено бремя самостоятельного поиска деталей, узлов и агрегатов с той же степенью износа, что и у подлежащих замене, - неосновательного обогащения собственника поврежденного имущества не происходит, даже если в результате замены поврежденных деталей, узлов и агрегатов его стоимость выросла.

¶ 43Таким образом, в соответствии с положениями ст. ст. 15, 1064, 1072 ГК РФ, вред, причиненный в результате произошедшего ДТП, возмещается в полном объеме за вычетом суммы страхового возмещения, выплаченной страховой компанией.

¶ 44Согласно п. 4.2 Постановления Конституционного Суда РФ от 10 марта 2017 года N 6-П, институт обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, введенный в действующее законодательство с целью повышения уровня защиты прав потерпевших при причинении им вреда при использовании транспортных средств иными лицами, не может подменять собой институт деликтных обязательств, регламентируемый главой 59 ГК Российской Федерации, и не может приводить к снижению размера возмещения вреда, на которое вправе рассчитывать потерпевший на основании общих положений гражданского законодательства.

¶ 45Из Определений Конституционного Суда Российской Федерации от 21 июня 2011 года N 855-О-О, от 22 декабря 2015 года N 2977-О, N 2978-О и N 2979-О, положений Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», определяющие размер расходов на запасные части с учетом износа комплектующих изделий (деталей, узлов и агрегатов), подлежащих замене при восстановительном ремонте, а также предписывающие осуществление независимой технической экспертизы и судебной экспертизы транспортного средства с использованием единой методики определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, не препятствуют возмещению вреда непосредственным его причинителем в соответствии с законодательством Российской Федерации, если размер понесенного потерпевшим фактического ущерба превышает размер выплаченного ему страховщиком страхового возмещения.

¶ 46С этим согласуется и положения п. 23 ст. 12 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», согласно которому с лица, причинившего вред, может быть взыскана сумма в размере части требования, оставшейся неудовлетворенной в соответствии с данным Федеральным законом.

¶ 47Таким образом, вышеуказанные доводы ФИО4, не соответствуют положениям закона, нарушают право истца, на полное возмещение убытков на основании общих положений гражданского законодательства.

¶ 48Доказательств того, что сумма восстановительного ремонта автомобиля без учета износа завышена и ведет к неосновательному обогащению истца, восстановительный ремонт является нецелесообразным, ответчиком суду представлено не было, как и не было заявлено ходатайства о проведении экспертизы в частности о стоимости восстановительного ремонта при несогласии с заявленными требованиями, при этом, данным правом ответчик не воспользовался, в частности при рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции.

¶ 49Доводы кассационной жалобы о наличии обоюдной вины участников в ДТП судом кассационной инстанции не принимаются, поскольку данное обстоятельство относимыми и допустимыми доказательствами не подтверждается. При этом указанные доводы были предметом рассмотрения судом апелляционной инстанции.

¶ 50Изложенный в кассационной жалобе довод ФИО4 о не извещении его о месте и времени судебного заседания суда первой инстанции, был проверен судом апелляционной инстанции и правомерно признан несостоятельным. Так, судебной коллегией установлено, что извещение было отправлено лично ответчику по почте по месту регистрации заказным письмом с уведомлением об извещении в частности на судебное заседание, назначенное на 26 сентября 2018 года, однако вернулось в суд за истечением срока хранения. При таких обстоятельствах, с учетом положений ст. 35 ГПК РФ, в силу которых лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами, а также с учетом права истца на рассмотрение дела в разумный срок, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о возможности рассмотрения дела в отсутствие ответчика, к надлежащему извещению которого были предприняты все возможные меры.

¶ 51Вопреки утверждениям заявителя кассационной жалобы, судом первой и апелляционной инстанций при рассмотрении дела правильно определены юридически значимые обстоятельства, оценка представленным доказательствам дана по правилам ст. 67 ГПК РФ, нарушений норм материального и процессуального права не допущено.

¶ 52Кассационная жалоба заявителя не содержит указания на нарушения норм материального или процессуального права, влекущие отмену состоявшегося по делу судебного постановления. Изложенные в ней доводы по существу сводятся к несогласию с оценкой обстоятельств дела, установленных судом первой и апелляционной инстанций, а также направлены на иное толкование норм материального права, регулирующих спорные правоотношения, и с учетом положений ст. 379.7 ГПК РФ не могут служить основанием к отмене обжалуемых судебных актов в кассационном порядке.

¶ 53Таким образом, при кассационном обжаловании заявителем не указаны какие-либо доводы, которые могли бы поставить под сомнение обжалуемые постановления. Кроме того, согласно правовой позиции Европейского Суда по правам человека одним из основополагающих аспектов верховенства права является принцип правовой определенности, по смыслу которого является недопустимым пересмотр вступившего в законную силу судебного акта, только в целях проведения повторного слушания по делу и получения лицом, участвующим в деле, нового судебного акта. Наличие двух точек зрения по одному и тому же вопросу, не относится к нарушениям норм права и не является основанием, влекущим безусловную отмену состоявшихся по делу судебных постановлений в кассационном порядке.

¶ 54Кроме того, решение вопроса исследования и оценки доказательств отнесено к компетенции судов первой и апелляционной инстанций, поэтому связанные с ним доводы заявителя не могут служить основанием для отмены судебных постановлений в кассационном порядке.

¶ 55С учётом изложенного кассационная инстанция не находит оснований для отмены обжалуемых судебных актов и удовлетворения кассационной жалобы.

¶ 56Руководствуясь статьями 379.6, 390, 390.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Судебная коллегия по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции

¶ 57ОПРЕДЕЛИЛА:

¶ 58решение Щербинского районного суда г. Москвы от 26 сентября 2018 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 26 ноября 2019 года оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО4 - без удовлетворения.

¶ 59Председательствующий

¶ 60Судьи

Источник

Текст сохранён с сайта суда. Адрес карточки на сайте суда со временем меняется. Поиск на сайте суда не всегда находит дело по номеру: сверяйте по ссылке на карточку, по УИД и по тексту акта.