О компенсации морального вреда

Текст определения

¶ 1Дело № 88-28877/2020

¶ 2Уникальный идентификатор дела 77RS0012-01-2020-003892-88

¶ 3ОПРЕДЕЛЕНИЕ

¶ 419 января 2021 г. г. Москва

¶ 5Судебная коллегия по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции в составе

¶ 6председательствующего ФИО2,

¶ 7судей ФИО3 и ФИО4

¶ 8рассмотрела в открытом судебном заседании 19 января 2021 г. по кассационной жалобе публичного акционерного общества «НОВАТЭК» на решение Кузьминского районного суда города Москвы от 10 июня 2020 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 14 сентября 2020 г.

¶ 9гражданское дело № 2-3127/2020 по иску ФИО1 к публичному акционерному обществу «НОВАТЭК» о компенсации морального вреда,

¶ 10Заслушав доклад судьи судебной коллегии по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции ФИО2, выслушав объяснения представителя ответчика ФИО5, поддержавшего доводы кассационной жалобы, истца ФИО1, возражавшей против удовлетворения жалобы, заключение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации ФИО6, полагавшей доводы кассационной жалобы необоснованными, а судебные постановления подлежащими оставлению без изменения,

¶ 11Судебная коллегия по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции

¶ 12установила:

¶ 13ФИО1 обратилась в суд с иском к публичному акционерному обществу «НОВАТЭК» (далее – ПАО «НОВАТЭК») о взыскании компенсации морального вреда в размере 2 000 000 руб., расходов по оплате государственной пошлины.

¶ 14В обоснование заявленных требований ФИО1 указала, что с 22 апреля 2005 г. работала у ответчика в должности начальника отдела финансового анализа и прогнозной отчетности управления консолидированной финансовой отчетности и финансового анализа.

¶ 158 февраля 2006 г., находясь в офисе по адресу г. Москва, ул. 2-я Брестская, д. 8, при исполнении трудовых обязанностей в результате несчастного случая на производстве (падения на скользком полу после влажной уборки) получила тяжелую травму. Обстоятельства получения травмы были квалифицированы как несчастный случай на производстве.

¶ 16В результате полученной травмы ей причинены физические и нравственные страдания, связанные с утратой трудоспособности, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, физической болью, связанной с причиненным увечьем и иными последствиями заболевания.

¶ 17Решением Кузьминского районного суда города Москвы от 10 июня 2020 г., оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 14 сентября 2020 г., исковые требования удовлетворены частично. С ПАО «НОВАТЭК» взыскана компенсация морального вреда в размере 20 000 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 руб.

¶ 18В кассационной жалобе ПАО «НОВАТЭК» ставится вопрос об отмене принятых по делу судебных постановлений как незаконных. В обоснование доводов кассационной жалобы её податель ссылается на неправильное применение судами норм материального права. Указывает, что несчастный случай на производстве произошёл с истцом в 2006 г., однако настоящие требования она заявила суду только в 2020 г., в связи с чем суды могли удовлетворить требования только за три года, предшествующих подаче иска. Считает, что истец на момент подачи иска излечилась и её физические и нравственные страдания прекратились. Полагает, что, поскольку инвалидность истцу в 2017 г. была установлена по общему заболеванию, а не в связи с травмой, полученной в 2006 г. в офисе ответчика, то основания для компенсации морального вреда отсутствуют.

¶ 19В силу статьи 379? Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

¶ 20Выслушав объяснения представителя ответчика ФИО5, поддержавшего доводы кассационной жалобы, истца ФИО1, возражавшей против удовлетворения жалобы, заключение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации ФИО6, полагавшей доводы кассационной жалобы необоснованными, а судебные постановления подлежащими оставлению без изменения, изучив материалы гражданского дела, обсудив доводы кассационной жалобы, кассационный суд не находит оснований для отмены состоявшихся судебных актов.

¶ 21Разрешая спор и удовлетворяя исковые требования, суды первой и апелляционной инстанций исходили из того, что ФИО1 при исполнении ею трудовых обязанностей был причинен вред здоровью, что подтверждается актом о несчастном случае, заключением Фонда социального страхования Российской Федерации, справками об инвалидности. Факт причинения вреда здоровью работника при исполнении трудовых обязанностей в силу статей 150, 151, 1099-1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 22, 237 Трудового кодекса Российской Федерации является основанием для компенсации морального вреда. Доказательств, свидетельствующих об отсутствии вины ответчика ПАО «НОВАТЭК» в причинении вреда здоровью истца, суду не представлено.

¶ 22Определяя размер компенсации морального вреда, причиненного ФИО1, суды приняли во внимание степень тяжести причиненного истцу вреда здоровью, степень и продолжительность физических и нравственных страданий, то, что в результате полученной травмы ФИО1 временно не могла вести прежний образ жизни и временно была лишена возможности трудиться, в настоящее время также имеет ограничения к труду. С учётом данных обстоятельств, а также требований разумности и справедливости, суды пришли к выводу о том, что в пользу истца подлежит компенсация морального вреда в размере 20 000 руб.

¶ 23С выводами судов о наличии правовых оснований для компенсации истцу морального вреда судебная коллегия по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции соглашается и полагает их основанными на правильном применении норм материального права, регулирующих спорные правоотношения.

¶ 24Как установлено судами и следует из материалов дела, 22 апреля 2005 г. между сторонами был заключен трудовой договор № 32/05, в соответствии с которым ФИО1 была принята на должность начальника отдела финансового анализа и прогнозной отчетности управления консолидированной финансовой отчетности и финансового анализа.

¶ 258 февраля 2006 г. в офисе, расположенном по адресу: г. Москва, ул. 2-я Брестская, д. 8, при исполнении ФИО1 трудовых обязанностей в результате несчастного случая на производстве (падения на скользком полу после влажной уборки), истец получила тяжелую травму «закрытый перелом копчика». По факту несчастного случая был составлен акт о несчастном случае на производстве от 10 февраля 2006 г.

¶ 26Справкой МЭС-2006г. № 0894205, выданной по итогам медико-социального освидетельствования, проведенного Филиалом № 88 ФГУ «ГБ МСЭ по г. Москве» подтверждается факт установления ФИО1 на период с 24 октября 2006 г. по 1 ноября 2007 г. степени утраты профессиональной трудоспособности в размере 10 %.

¶ 27Заключением государственного инспектора труда в городе Москвы от 12 марта 2007 г. по результатам проведенного расследования несчастный случай, произошедший с истцом, был квалифицирован как связанный с производством, акт о несчастном случае на производстве от 10 февраля 2006 г. был признан утратившим силу. 15 марта 2007 г. был составлен новый акт о несчастном случае на производстве.

¶ 28Согласно данным обследования в ГП №38 ДЗМ (отделение медицинской экспертизы), где ФИО1 находилась в период с 25 сентября 2007 г. по 31 октября 2007 г., последней был установлен диагноз – последствия закрытой черепно-мозговой травмы (по типу удара ликворной волны) от П-2006 с ушибом головного мозга и поражением гипоталамо-гипофизарной области (кровоизлияние в гипофиз по данным МРТ) с эндокринно-обменными нарушениями (ожирение, НТГ, гирсутизм) и вегетативно – сосудистыми расстройствами (артериальная гипертензия, ангиосклероз сетчатки), распространенный остеохондроз, шейный остеохондроз, протрузии дисков С3-С4, С5-С6 с мышечно-тоническим синдромом, консолидированный перелом копчика, кокцигодения без нарушения функции (л.д. 36).

¶ 29Государственным учреждением Региональным отделением Фонда социального страхования РФ по Ямало-Немецкому автономному округу по квалификации повреждения здоровья вследствие несчастного случая произошедший с ФИО1 случай на работе был признан страховым и ей назначены страховые выплаты.

¶ 30Актом освидетельствования филиала № 89 ФГУ ГБ МЭС по г. Москве ФИО1 была установлена утрата 50% профессиональной трудоспособности и третья группа инвалидности по причине «трудовое увечье» с 12 ноября 2007 г. до 12 ноября 2008 г. (л.д. 26).

¶ 31Актом повторного освидетельствования филиала № 89 ФГУ ГБ МЭС по г. Москве ФИО1 установлена утрата 50% профессиональной трудоспособности и третья группа инвалидности по причине «трудовое увечье» с 12 ноября 2008 г. до 12 ноября 2009 г.

¶ 32Актом повторного освидетельствования от 12 ноября 2009 г. филиала № 89 ФГУ ГБ МЭС по г. Москве ФИО1 установлена 50% утраты профессиональной трудоспособности и третья группа инвалидности по причине «трудовое увечье» с 12 ноября 2009 г. до 12 ноября 2010 г.

¶ 33При последующем освидетельствовании в 2010 году решение об установлении ФИО1 инвалидности третьей группы и утрате 50 % профессиональной трудоспособности было отменено.

¶ 34Вновь инвалидность бессрочно была установлена ФИО1 в 2017 году по общему заболеванию.

¶ 35В обоснование настоящего иска ФИО1 указала, что в связи с полученной 8 февраля 2006 г. при исполнении трудовых обязанностей травмой испытывает постоянную боль, ею утрачена трудоспособность, она не может продолжать активную общественную жизнь.

¶ 36Вопрос о компенсации истцу морального вреда с 2006 года перед работодателем не ставился, в судебном порядке не разрешался.

¶ 37С учетом указанных обстоятельств суды пришли к правильному выводу о том, что факт причинения работнику при исполнении его трудовых обязанностей травмы обуславливает возникновение у работника права на компенсацию морального вреда.

¶ 38В силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

¶ 39Как разъяснено в пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 г. № 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» следует иметь в виду, что компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена. Поэтому, если наряду с требованиями о взыскании страхового возмещения заявлены требования о возмещении морального вреда, причиненного застрахованному в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, суд с согласия истца вправе привлечь к участию в деле в качестве соответчика причинителя вреда (работодателя (страхователя) или лица, ответственного за причинение вреда), поскольку согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ такой вред подлежит компенсации причинителем вреда.

¶ 40Истцом суду в качестве доказательств причинения вреда ответчиком представлены справка МЭС-2006г. № 0894205, заключение государственного инспектора труда в городе Москвы от 12 марта 2007 г., данные обследования в ГП №38 ДЗМ (отделение медицинской экспертизы), где истец находилась в период с 25 сентября 2007 г. по 31 октября 2007 г., заключение ГУ РО Фонда социального страхования РФ по Ямало-Немецкому автономному округу, акты освидетельствования филиала № 89 ФГУ ГБ МЭС по г. Москве 2007, 2008, 2009 гг.

¶ 41Доказательств, исключающих вину в причинении вреда здоровью работника ответчиком в нарушение требований статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено. Напротив в акте от 15 марта 2007 г. отмечено наличие опасного и вредного производственного фактора в виде скользкой поверхности пола после влажной уборки (л.д. 23). Также в акте указано на проведение мероприятий по устранению причин несчастного случая – проведён внеочередной инструктаж, после влажной уборки полового покрытия вывешивается табличка «мокрый пол».

¶ 42С учетом указанного суд кассационной инстанции полагает доказанным факт виновного бездействия работодателя, не обеспечившего безопасные условия труда

¶ 43Таким образом, выводы судов нижестоящих инстанций о наличии по материалам дела правовых оснований для компенсации истцу морального вреда являются правильными и доводами кассационной жалобы не опровергаются.

¶ 44Доводы жалобы о необоснованном неприменении судами положений статьи 208 Гражданского кодекса Российской Федерации, основаниями для отмены судебных постановлений не являются.

¶ 45Согласно статье 208 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность не распространяется на требования о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина. Однако требования, предъявленные по истечении трёх лет с момента возникновения права на возмещение такого вреда, удовлетворяются за прошлое время не более чем за три года, предшествовавшие предъявлению иска, за исключением случаев, предусмотренных Федеральным законом от 6 марта 2006 года № 35-ФЗ «О противодействии терроризму».

¶ 46Поскольку компенсация морального вреда является одним из видов гражданско-правовой ответственности, то для применения этой ответственности юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенёс физические и нравственные страдания в связи с причинением вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия своей вины должен представить сам ответчик.

¶ 47Установив по материалам дела, виновные действия ответчика, а также то, что срок исковой давности на требования о компенсации морального вреда, причиненного здоровью, не распространяются, суды обоснованно не усмотрели оснований применения к спорным правоотношениям положений статьи 208 Гражданского кодекса Российской Федерации, на чём в кассационной жалобе настаивает податель жалобы.

¶ 48Доводы кассационной жалобы о том, что судами не верно определены обстоятельства дела, не могут служить основанием для отмены судебных постановлений, поскольку не свидетельствуют о нарушении судами норм материального или процессуального права, фактически сводятся к несогласию с выводами судов об установленных обстоятельствах, основаны на неправильном толковании норм материального права и направлены на иную оценку доказательств по делу.

¶ 49Между тем решение вопроса исследования и оценки доказательств отнесено к компетенции судов первой и апелляционной инстанций (статьи 196, 327?, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), поэтому связанные с ним доводы заявителя не могут служить основанием для отмены судебных постановлений в кассационном порядке.

¶ 50Руководствуясь статьями 379?, 390, 390? Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции

¶ 51определила:

¶ 52решение Кузьминского районного суда города Москвы от 10 июня 2020 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 14 сентября 2020 г. оставить без изменения, кассационную жалобу публичного акционерного общества «НОВАТЭК» - без удовлетворения.

¶ 53Председательствующий

¶ 54Судьи