О взыскании морального вреда в порядке реабилитации

Текст определения

¶ 1Дело № 88-2210/2021

¶ 2Уникальный идентификатор дела 77RS0027-01-2019-015387-03

¶ 3ОПРЕДЕЛЕНИЕ

¶ 421 января 2021 г. г. Москва

¶ 5Судебная коллегия по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции в составе

¶ 6председательствующего ФИО2,

¶ 7судей ФИО3 и ФИО4

¶ 8рассмотрела в открытом судебном заседании 21 января 2021 г. по кассационной жалобе Министерства финансов Российской Федерации на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 18 сентября 2020 г.

¶ 9гражданское дело № 2-4966/2019 по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании морального вреда в порядке реабилитации,

¶ 10Заслушав доклад судьи судебной коллегии по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции ФИО2, выслушав объяснения представителя истца ФИО5, возражавшей против удовлетворения жалобы, представителя ФИО8 прокуратуры Российской Федерации ФИО6, полагавшей постановление суда апелляционной инстанции основанным на законе,

¶ 11Судебная коллегия по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции

¶ 12установила:

¶ 13ФИО1 обратился в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации (далее – Минфин России) о взыскании компенсации морального вреда в порядке реализации права на реабилитацию в размере 15 000 000 руб.

¶ 14В обоснование заявленных требований ФИО1 указал, что незаконно подвергался уголовному преследованию на протяжении 6 лет, обвинялся в совершении особо тяжких преступлений. В ходе предварительного следствия и суда он был ограничен в свободе передвижения, к нему были применены меры пресечения в виде заключения под стражу и домашнего ареста. Приговором Брянского областного суда от 24 января 2019 г. за ним признано право на реабилитацию.

¶ 15За время уголовного преследования ему причинён моральный вред, заключающийся в физических и нравственных страданий, которые выразились в ограничениях в семейной, трудовой сферах, а также его конституционных прав.

¶ 16Решением Тверского районного суда города Москвы от 19 ноября 2019 г. исковые требования удовлетворены, в пользу истца взыскана компенсация морального вреда в размере 3 000 000 руб.

¶ 17Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 18 сентября 2020 г., решение суда первой инстанции отменено, по делу принято новое решение об удовлетворении исковых требований, в пользу ФИО1 с Министерства финансов Российской Федерации взыскана компенсация морального вреда в размере 4 000 000 руб.

¶ 18В кассационной жалобе Министерства финансов Российской Федерации ставится вопрос об отмене апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 18 сентября 2020 г., как незаконного.

¶ 19Податель жалобы ссылается на неправильное применение судом апелляционной инстанции требований статей 150, 151, 1100, 1108 Гражданского кодекса Российской Федерации в части определения размера компенсации морального вреда, взысканной в пользу ФИО1 Считает размер компенсации морального вреда чрезмерно завышенным и не соответствующим действительному объёму моральных и нравственных страданий ФИО1 Полагает, что суд апелляционной инстанции нарушил баланс публичных и частных интересов, а также принцип разумного распределения средств бюджета.

¶ 20На рассмотрение дела в судебное заседание суда кассационной инстанции истец ФИО1, представитель ответчика не явились. О времени и месте судебного заседания, назначенного на 21 января 2021 г., извещены надлежащим образом. При таких обстоятельствах, в соответствии с частью 5 статьи 379? Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия находит возможным рассмотрение дела в их отсутствие.

¶ 21В силу статьи 379? Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

¶ 22Выслушав объяснения представителя истца ФИО5, возражавшей против удовлетворения жалобы, представителя ФИО8 прокуратуры Российской Федерации ФИО6, полагавшей постановление суда апелляционной инстанции основанным на законе, изучив возражения истца на кассационную жалобу, материалы гражданского дела, обсудив доводы кассационной жалобы, проверив по правилам статьи 379? Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов, содержащихся в кассационных жалобе, законность судебных постановлений, принятых судами первой и апелляционной инстанций, кассационный суд не находит оснований для ее удовлетворения и отмены обжалуемых судебных постановлений в кассационном порядке.

¶ 23Удовлетворяя исковые требований о взыскании в пользу ФИО1 компенсации морального вреда, суд первой инстанции руководствовался частью 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также положениями гражданского законодательства о компенсации морального вреда. Установив, что к истцу, оправданному по вступившему в законную силу приговору суда, на протяжении нескольких лет применялись меры пресечения в виде заключения под стражу и домашнего ареста, суд пришёл к выводу об обоснованности исковых требований ФИО1 о компенсации морального вреда, заявленных к Российской Федерации в лице Министерства Финансов Российской Федерации.

¶ 24С данными выводами о наличии фактических и правовых оснований для взыскания в пользу ФИО1 компенсации морального вреда согласился и суд апелляционной инстанции.

¶ 25Между тем, определяя сумму компенсации морального вреда в размере 3 000 000 руб., суд первой инстанции сослался лишь на факт применения к истцу мер пресечения в виде заключения под стражу (более 3 лет 5 месяцев), подписки о невыезде и надлежащем поведении (более 1 года 1 месяца), содержания под домашним арестом (более 2 лет 4 месяцев) и связанные с этим ограничения, а также сложившуюся практику Европейского Суда по правам человека.

¶ 26Суд апелляционной инстанции, проверяя законность судебного решения по доводам апелляционной жалобы ФИО1, пришёл к выводу о неправильном применении судом пункта 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому размер компенсации определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных, и указал, что суд первой инстанции не установил в решении конкретные обстоятельства дела, на которые ссылался истец в обоснование иска, без чего выводы о размере компенсации морального вреда носят абстрактный характер и не обусловлены личностью истца. По указанным основаниям суд апелляционной инстанции отменил решение суда как необоснованное и, повторно исследовав обстоятельства дела в пределах объёма правоограничений, указанных ФИО1 в обоснование исковых требований, пришёл к выводу о том, что разумной с учетом обстоятельств настоящего дела является сумма компенсации морального вреда в размере 4 000 000 руб.

¶ 27В кассационной жалобе Министерство Финансов Российской Федерации, не оспаривая установленные судом апелляционной инстанции обстоятельства дела, выражает несогласие с апелляционным определением в части присужденного размера компенсации морального вреда, полагая, что определенная судом сумма компенсации является чрезмерной нагрузкой на бюджет.

¶ 28Судебная коллегия по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции в пределах доводов кассационной жалобы оснований для отмены принятого по делу апелляционного определения не усматривает.

¶ 29Как верно установлено судом апелляционной инстанции, и не оспаривается подателем кассационной жалобы, 2 февраля 2012 г. 1 отделом Следственной части Следственной службы Управления ФСКН России по г. Москве было возбуждено уголовное дело № 112042 по признакам преступления, предусмотренного частью 3 статьи 30, части 1 статьи 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации в отношении гражданина Республики Армения ФИО1 и неустановленных лиц.

¶ 302 февраля 2012 г. ФИО1 в рамках уголовного дела задержан в порядке статей 91, 92 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации.

¶ 313 февраля 2012 г. Зюзинским районным судом города Москвы в отношении ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу до 2 апреля 2012 г.

¶ 328 февраля 2012 г. ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного частью 3 статьи 30, частью 1 статьи 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации.

¶ 33Срок заключения ФИО1 под стражей неоднократно продлевался в связи с продлением срока предварительного следствия.

¶ 3415 октября 2012 г. ФИО7 мера пресечения изменена с заключения под стражу на подписку о невыезде и надлежащем поведении.

¶ 3522 ноября 2013 г. Зюзинским районным судом города Москвы в отношении ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу сроком до 6 января 2014 г.

¶ 36В дальнейшем срок содержания под стражей ФИО1 неоднократно продлевался.

¶ 37Постановлением Московского городского суда города Москвы от 28 августа 2014 г. уголовное дело № 2-73/14 было передано на рассмотрение по территориальной подсудности в Брянский областной суд.

¶ 38Обвиняемого ФИО1 доставили в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Брянской области для дальнейшего содержания под стражей.

¶ 39Мера пресечения, избранная в отношении ФИО1, в виде заключения под стражу неоднократно продлевалась.

¶ 40Постановлением Брянского областного суда от 7 сентября 2016 г. мера пресечения в виде заключения под стражу в отношении ФИО1 изменена на домашний арест сроком на 6 месяцев, то есть по 6 марта 2017 г., ФИО1 освобожден из-под стражи в зале суда.

¶ 41При отбывании домашнего ареста ФИО1 были установлены следующие запреты:

¶ 42- запрещен выход за пределы жилого помещения, в котором он проживает, расположенного по адресу: г. Брянск, ул. Красноармейска, д. 101А, кв. 43, за исключением периода с 12 по 14 час. для посещения магазинов с целью приобретения предметов его жизнедеятельности;

¶ 43- запрещено использование средств связи и информационно телекоммуникационной сети «Интернет».

¶ 44В дальнейшем мера пресечения в виде домашнего ареста неоднократно продлевалась.

¶ 45Приговором Брянского областного суда от 24 января 2019 г. ФИО1, обвиняемый в совершении преступлений, предусмотренных частью 2 статьи 210; частью 3 статьи 30, пунктом «а» части 3 статьи 228.1; частью 1 статьи 30, пунктом «а» части 3 статьи 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, оправдан за неустановлением событий преступлений, за ним признано право на реабилитацию.

¶ 46ФИО1 содержался под стражей 3 года 5 месяцев, под домашним арестом 2 года 4,5 месяца, под подпиской о невыезде 1 год 1 месяц.

¶ 47В соответствии с частью 1 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

¶ 48Иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства (часть 2 статьи 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

¶ 49Согласно пункту 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

¶ 50В силу абзаца третьего статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда причиненного гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ, осуществляется независимо от вины причинителя вреда.

¶ 51Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

¶ 52Как разъяснено в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 г. № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.

¶ 53Обращаясь с исковым заявлением в суд, ФИО1 указал, что ранее никогда к уголовной ответственности не привлекался, при неустановленном событии преступления наряду с другими 12 обвиняемыми по уголовному делу, на протяжении 5 лет и 10 месяцев подвергался незаконному уголовному преследованию. Проживая и работая в городе Москве, ФИО1 была избрана мера пресечения в городе Москве, а затем разбирательство дела происходило в городе Брянске.

¶ 54В течение всего указанного срока ФИО1 был лишен права на нормальную жизнь гражданина и человека, лишен права работать, отдыхать, завести семью и детей, выполнять свои гражданские права и нести обязанности. До заключения под стражу поддерживал близкие отношения со своими родителями, проживающими в Республике Армения, оказывал им материальную помощь, поскольку они в силу возраста являлись нуждающимися пожилыми людьми. Из-за его незаконного заключения под стражу, он был лишен возможности осуществлять помощь и проявлять заботу о родителях, общаться с ними. Кроме того, его незаконное уголовное преследование повлияло на моральное и физическое здоровье родителей: у его матери ФИО1 постоянно держалось высокое давление, у отца - ФИО1, инвалида 2 степени, наступил острый постинфарктный кардиосклероз, артериальная гипертензия, что подтверждается представленными выписками из медицинских карт больных. Дополнительным травмирующим фактором на фоне социальной дезадаптации в СИЗО стал разрыв отношений с девушкой по её инициативе. Незадолго до задержания у истца были близкие отношения с девушкой, с которой они совместно проживали.

¶ 55Таким образом, ФИО1 был длительное время лишен общения с близкими друзьями, не имел возможности создать семью и завести детей. После доставления в СИЗО не мог нормально питаться, спать, испытывал тоску и одиночество, фиксировался на мысли о том, что не сможет доказать невиновность и, будет отбывать, длительное наказание за преступление, которого не совершал. В течение нескольких лет, истец страдал бессонницей и отсутствием аппетита. Психические травмы усугублялись тем, что истец ранее не привлекался к уголовной ответственности, не содержался в местах лишения свободы. Таким образом, он не имел криминального опыта и опыта нахождения в пенитенциарной системе, не был психологически готов к подобной жизненной ситуации. Лишение истца возможности продолжать активную социальную жизнь, потеря работы, распространение сведений, порочащих его и его семью, выразились в причинении ему нравственных и физических страданий в виде переживания относительно сложившейся ситуации. Потеря чрезвычайно важных и субъективно необходимых взаимоотношений на фоне длительного пребывания в социальной изоляции воспринималась истцом как крах жизненных ориентиров и планируемого будущего, несбывшихся надежд о создании своей семьи, которой у него не было. Тогда у него появились признаки апатии и депрессии.

¶ 56Указанные обстоятельства свидетельствуют о нарушении Российской Федерации в лице её компетентных органов конституционных прав ФИО1 на достоинство личности, личную (физическую) свободу и неприкосновенность, защиту чести и доброго имени, свободу передвижения, труд, здоровье, семью, гарантированных ему статьями 21, 22, 23, 27, 37, 38, 41 Конституции Российской Федерации.

¶ 57Суд апелляционной инстанции, установив и исследовав данные обстоятельства, которые ответчиком при рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции не оспаривались, как и не оспаривается им в поданной кассационной жалобе, дал им надлежащую правовую оценку с учетом требований статей 150, 151, 1100, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также сложившейся практики ЕСПЧ, взыскав в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 4 000 000 руб.

¶ 58Что же касается доводов кассационной жалобы Министерства Финансов Российской Федерации о чрезмерности суммы компенсации морального вреда по тому основанию, что данная сумма является нагрузкой на бюджет, то суд кассационной инстанции исходит из того, что в силу статьи 2 Конституции Российской Федерации именно человек, а не интересы государства, является высшей ценностью, в связи с чем, приведённые Министерством Финансов Российской Федерации доводы кассационной жалобы основаны на неверном толковании Конституции Российской Федерации в части правового приоритета.

¶ 59При таких обстоятельствах доводы заявителя, изложенные в его кассационной жалобе, не опровергают правильность выводов суда апелляционной инстанции и не являются основанием для кассационного пересмотра вступивших в законную силу судебных постановлений.

¶ 60Руководствуясь статьями 379?, 390, 390? Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции

¶ 61определила:

¶ 62апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 18 сентября 2020 г. оставить без изменения, кассационную жалобу Министерства Финансов Российской Федерации – без удовлетворения.

¶ 63Председательствующий

¶ 64Судьи