ФИО1 о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение третейского суда

Текст определения

¶ 1Дело № 88-29328/2020

¶ 2ОПРЕДЕЛЕНИЕ

¶ 321 января 2021 г. г. Москва

¶ 4Второй кассационный суд общей юрисдикции в составе судьи ФИО2 21 января 2021 г., рассмотрев

¶ 5по кассационной жалобе ФИО1 на определение Хорошевского районного суда города Москвы от 5 октября 2020 г.

¶ 6гражданское дело № 13-1635/2020 по заявлению ФИО1 о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение третейского суда

¶ 7установил:

¶ 8решением Арбитражного третейского суда города Москвы от 25 июня 2020 г. по делу по исковому заявлению ФИО1 к ФИО3 удовлетворены требования о расторжении договора купли-продажи недвижимого имущества, об обязании возвратить недвижимое имущество, о признании права собственности на недвижимое имущество. Постановлено расторгнуть договор купли-продажи недвижимого имущества от 23 октября 2014 г., заключенный между ФИО1 и ФИО3, на ФИО3 возложена обязанность возвратить ФИО1 недвижимое имущество, расположенное по адресу: г. Москва, ул. Нижегородская д. 86 корп. А (часть здания с условным номером 68680, площадью 65,5 кв.м., этаж 1, пом. 1, комн. 1- 9, 21, 22, нежилые помещения с условным номером 68683, площадью 97,7 кв.м., этаж 1, пом. 1, комн. 10-20). Прекращено право собственности ФИО3 в отношении недвижимого имущества, расположенного по адресу: г. Москва, ул. Нижегородская, д. 86, корп. А (часть здания с условным номером 68680, площадью 65,5 кв.м., этаж 1, пом. 1, комн. 1-9, 21, 22, нежилые помещения у условным номером 68683, площадью 97,7 кв.м., этаж 1, пом. 1, комн. 10-20). Признано право собственности ФИО1 на недвижимое имущество, расположенное по адресу: г. Москва, ул. Нижегородская, д. 86, корп. А (часть здания с условным номером 68680, площадью 65,5 кв.м., этаж 1, пом. 1, комн. 1- 9, 21,22, нежилые помещения у условным номером 68683, площадью 97,7 кв.м., этаж 1, пом. 1, комн. 10-20). Взысканы с ФИО3 в пользу ФИО1 50 000 руб. расходов по уплате арбитражного сбора.

¶ 9ФИО1 обратился в суд с заявлением о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение третейского суда.

¶ 10Определением Хорошевского районного суда города Москвы от 5 октября 2020 г. в выдаче исполнительного листа отказано.

¶ 11В кассационной жалобе ФИО1 ставится вопрос об отмене судебного постановления, поскольку судом нарушены нормы процессуального и материального права.

¶ 12В соответствии с частью 10 статьи 379? Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба рассмотрена без проведения судебного заседания и извещения лиц, участвующих в деле.

¶ 13В силу статьи 379? Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

¶ 14Таких оснований судом кассационной инстанции не установлено.

¶ 15В соответствии с частью 2 статьи 1 Федерального закона от 29 декабря 2015 г. № 382-ФЗ «Об арбитраже (третейском разбирательстве) в Российской Федерации», настоящий Федеральный закон регулирует порядок образования и деятельности третейских судов и постоянно действующих арбитражных учреждений на территории Российской Федерации, а также арбитраж (третейское разбирательство).

¶ 16В соответствии со статьей 42 данного Федерального закона, арбитражное решение признаётся обязательным и подлежит немедленному исполнению сторонами, если в нём не установлен иной срок исполнения. При подаче стороной в компетентный суд заявления в письменной форме арбитражное решение принудительно приводится в исполнение путём выдачи исполнительного листа в соответствии с настоящим Федеральным законом и положениями процессуального законодательства Российской Федерации.

¶ 17В соответствии со статьей 43 Федерального закона от 29 декабря 2015 г. № 382-ФЗ «Об арбитраже (третейском разбирательстве) в Российской Федерации», никакое арбитражное решение, включая арбитражное решение, не требующее принудительного приведения в исполнение, не может являться основанием для внесения записи в государственный реестр (в том числе единый государственный реестр юридических лиц, единый государственный реестр индивидуальных предпринимателей, Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним), реестр владельцев именных ценных бумаг или иной реестр на территории Российской Федерации, внесение записей в который влечет за собой возникновение, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей, при отсутствии исполнительного листа, выданного на основании судебного акта компетентного суда (в том числе в отношении арбитражного решения, не требующего принудительного приведения в исполнение).

¶ 18В рассматриваемом случае, оценив представленные в дело доказательства в порядке статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями статьи 426 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Федерального закона от 13 июля 2015 г. № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» и установив, что решением третейского суда установлен переход права собственности от ФИО3 к ФИО1 на объект недвижимого имущества, что затрагивает вопросы публично-правового характера, которые не могут быть предметом рассмотрения в третейском суде, суд пришёл к выводу об отказе в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда от 25 июня 2020 г., поскольку приведение в исполнение решения третейского суда противоречит публичному порядку Российской Федерации.

¶ 19Кассационный суд общей юрисдикции полагает, что выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства, в достаточной степени мотивированы, в связи с чем, правовых оснований для иной оценки этих выводов суда у кассационного суда общей юрисдикции не имеется.

¶ 20На основании части 4 статьи 425 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дела в судебном заседании суд устанавливает наличие или отсутствие предусмотренных статьей 426 настоящего Кодекса оснований для отказа в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда путём исследования представленных в суд доказательств в обоснование заявленных требований и возражений, но не вправе переоценивать обстоятельства, установленные третейским судом, либо пересматривать решение третейского суда по существу.

¶ 21Это предполагает, что решение третейского суда должно отвечать принципу законности, который, будучи сущностной чертой любой справедливой судебно-юрисдикционной процедуры, в третейском разбирательстве означает, в частности, что нарушение решением третейского суда основополагающих принципов российского права или вынесение им решения по спору, который в соответствии с федеральным законом не может быть предметом третейского разбирательства, является основанием для отказа в исполнении такого решения компетентным судом.

¶ 22Заложенный законодательством смысл нормы статьи 426 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, свидетельствует о том, что раскрывается специфика третейского разбирательства, в рамках которого принцип законности, сохраняя безусловное значение, проявляется вместе с тем не столько в формально-догматическом плане, а скорее с ориентацией на активное выявление, выражение и использование в качестве критериальной основы для принятия юрисдикционного акта так называемой естественно-социальной нормативности, характеризующей в данном случае объективные реалии первичного правопорядка в виде обычной (традиционной) практики делового оборота - разумеется, в той мере и постольку, в какой и поскольку соответствующая нормативность укладывается в фундаментальные принципы российского правопорядка.

¶ 23Так, из части 1 статьи 131 Гражданского кодекса Российской Федерации, следует, что право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней. Регистрации подлежат право собственности, право хозяйственного ведения, право оперативного управления, право пожизненного наследуемого владения, право постоянного пользования, ипотека, сервитуты, а также иные права в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными законами.

¶ 24В соответствии с пунктом 5 Федерального закона от 13 июля 2015 г. № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» государственная регистрация права в Едином государственном реестре недвижимости является единственным доказательством существования зарегистрированного права. Зарегистрированное в Едином государственном реестре недвижимости право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке.

¶ 25На основании пункта 5 части 2 статьи 14 указанного Закона основанием для государственного кадастрового учета и государственной регистрации прав являются, в том числе, вступившие в законную силу судебные акты.

¶ 26Таким образом, как верно установлено судом, поскольку решением третейского суда признано право собственности ФИО1 на объект недвижимости, переход права собственности на имущество подлежит регистрации, исходя из приведенных правовых норм вопрос о праве собственности на недвижимое имущество относится к исключительной компетенции государственных судов, так как правоотношение, связанное с регистрацией права собственности, имеет публично-правовой характер, а решение, обязывающее регистрирующий орган осуществить соответствующие действия, - публично-правовые последствия.

¶ 27Обход законодательства о регистрации прав на недвижимое имущество, которое устанавливает гарантии прочности и стабильности гражданского оборота, обеспечивает неприкосновенность собственности (пункт 1 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации), может рассматриваться как нарушение основополагающих принципов российского права.

¶ 28Создание видимости частноправового спора, в том числе, с отнесением его на рассмотрение третейским судом для получения формальных оснований регистрации права на недвижимое имущество влечёт подмену законных функций государственных органов по регистрации прав на недвижимое имущество, противоречит публичному порядку и является основанием для отказа в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда.

¶ 29Изложенный в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 26 мая 2011 г. № 10-П вывод о допустимости рассмотрения третейскими судами споров, касающихся недвижимого имущества, не может быть истолкован как возможность признания третейскими судами за заинтересованными лицами отсутствующих (не возникших) у них прав на здания, строения и сооружения в обход установленных законодательством регистрационных процедур.

¶ 30Защита охраняемых законом интересов третьих лиц, в том числе в отношениях с неплатежеспособным должником, важная функция правосудия, являющаяся элементом публичного порядка государства. Следовательно, при рассмотрении заявления о признании и приведении в исполнение третейского решения вопрос о защите интересов третьих лиц подлежит судебному контролю как элемент публичного порядка государства в силу полномочий государственного суда. Принудительное исполнение третейского решения, нарушающее публичный порядок, является судебной ошибкой, свидетельствующей о незаконности судебного акта.

¶ 31При этом суды осуществляют такой контроль исходя из общих принципов права, правовых принципов, действующих в отдельной сфере правоотношений, и с учетом норм законодательства, регулирующих конкретную сферу правоотношений.

¶ 32Таким образом, доводы кассационной жалобы о том, что у суда при рассмотрении требований о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда отсутствует право на исследование доказательств, установленных третейским судам, оценку правильности применения норм материального права, являются несостоятельными.

¶ 33При рассмотрении судами заявлений о выдаче исполнительных листов на принудительное исполнение решений третейских судов, необходимо учитывать разумность и добросовестность действий и поведения участников гражданских правоотношений в той степени, в какой это будет необходимо для обеспечения защиты прав и законных интересов третьих лиц, не участвовавших в деле, но о правах и об обязанностях которых суд принял судебный акт, в частности - кредиторов.

¶ 34Основания отказа в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда установлены статьей 426 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. В соответствии с пунктом 2 части 2 данной статьи суд отказывает в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда, если установит, что решение третейского суда нарушает основополагающие принципы российского права.

¶ 35Доводы кассационной жалобы относительно фактических обстоятельств дела не свидетельствуют о наличии нарушений судом норм процессуального права, которые повлияли на исход рассмотрения заявления, в связи с чем оснований, предусмотренных статьей 379? Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, для отмены обжалуемого определения об отказе в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда в кассационном порядке не имеется.

¶ 36Ссылок на какие-либо иные процессуальные нарушения, являющиеся основанием для отмены правильного по существу определения, в жалобе ФИО1 не содержится.

¶ 37Руководствуясь статьями 379?, 390, 390? Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судья Второго кассационного суда общей юрисдикции

¶ 38определил:

¶ 39определение Хорошевского районного суда города Москвы от 5 октября 2020 г. оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

¶ 40Судья