О компенсации морального вреда

Текст определения

¶ 1Дело № 88-23079/2020

¶ 2Уникальный идентификатор дела 77RS0032-01-2019-012208-60

¶ 3ОПРЕДЕЛЕНИЕ

¶ 45 ноября 2020 г. г. Москва

¶ 5Судебная коллегия по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции в составе

¶ 6председательствующего ФИО2,

¶ 7судей ФИО3 и ФИО4

¶ 8рассмотрела в открытом судебном заседании 5 ноября 2020 г. по кассационной жалобе ФИО1, кассационному представлению прокуратуры города Москвы на решение Черемушкинского районного суда города Москвы от 19 ноября 2019 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 06 июля 2020 г.

¶ 9гражданское дело № 2-5560/2019 по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда,

¶ 10Заслушав доклад судьи судебной коллегии по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции ФИО2, выслушав представителя прокуратуры города Москвы ФИО5, поддержавшей доводы кассационного представления,

¶ 11Судебная коллегия по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции

¶ 12установила:

¶ 13ФИО1 обратился в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации (далее – Минфин России) о компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, в порядке реабилитации в размере 3 000 000 руб.

¶ 14В обоснование заявленных требований ФИО1 указал, что приговором Черемушкинского районного суда города Москвы от 30 июля 2015 г. он был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 242.1 Уголовного кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона № 215-ФЗ от 27 июля 2009 г.); в совершении 7 преступлений, предусмотренных пунктом «б» части 2 статьи 242.1 Уголовного кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона № 215-ФЗ от 27 июля 2009 г.); в совершении 35 преступлений, предусмотренных пунктами «а», «г» части 2 статьи 242.1 Уголовного кодекса Российской Федерации; в совершении 6 преступлений, предусмотренных пунктом «г» части 2 статьи 242.1 Уголовного кодекса Российской Федерации; в совершении 2 преступлений, предусмотренных пунктом «б» части 3 статьи 242 Уголовного кодекса Российской Федерации. На основании части 3 статьи 69 Уголовного кодекса Российской Федерации по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно ФИО1 назначено наказание в виде 3 лет 6 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима. Приговором Черемушкинского районного суда города Москвы от 30 июля 2015 года ФИО1 изменена мера пресечения и он взят под стражу в зале суда. Приговор вступил в законную силу и исполнялся.

¶ 15Постановлением Президиума Московского городского суда от 25 августа 2017 г. приговор Черемушкинского районного суда города Москвы от 30 июля 2015 г. и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Московского городского суда от 5 ноября 2015 г. отменены, уголовное дело в отношении ФИО1 направлено на новое судебное рассмотрение, ФИО1 освобожден из-под стражи.

¶ 16Фактически из-под стражи ФИО1 освобожден 1 сентября 2017 г.

¶ 17В дальнейшем приговором Черемушкинского районного суда города Москвы от 22 декабря 2017 г. ФИО1 оправдан по предъявленному ему обвинению на основании пункта 3 части 2 статьи 302 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации в связи с отсутствием состава преступлений. На основании статьи 134 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации за ФИО1 признано право на реабилитацию.

¶ 18За время уголовного преследования ему причинён моральный вред, заключающийся в причинении физических и нравственных страданий, которые выразились в ограничениях в семейной, трудовой сферах, ограничили конституционные права.

¶ 19Решением Черемушкинского районного суда города Москвы от 19 ноября 2019 г. исковые требования удовлетворены, в пользу истца взыскана компенсация морального вреда в размере 400 000 руб.

¶ 20Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 6 июля 2020 г. решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

¶ 21В кассационной жалобе ФИО1 ставится вопрос об отмене решения Черемушкинского районного суда города Москвы от 19 ноября 2019 г. и апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 06 июля 2020 г. в части отказа в удовлетворении исковых требований в заявленном истцом размере.

¶ 22В кассационном представлении прокуратуры города Москвы прокурор города Москвы ссылается на нарушение судами норм процессуального права.

¶ 23На рассмотрение дела в судебное заседание суда кассационной инстанции лица, участвующие в деле, не явились. О времени и месте судебного заседания, назначенного на 5 ноября 2020 г., стороны извещены надлежащим образом. При таких обстоятельствах, в соответствии со статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия находит возможным рассмотрение дела в отсутствие сторон.

¶ 24Выслушав представителя прокуратуры города Москвы ФИО5, поддержавшей доводы кассационного представления, изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, суд кассационной инстанции находит доводы жалобы заслуживающими внимания.

¶ 25В силу статьи 379? Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

¶ 26Такие нарушения были допущены при рассмотрении данного дела.

¶ 2728 апреля 2012 г. следователем СО отдела МВД России по району Ясенево г. Москвы возбуждено уголовное дело в отношении неустановленного лица по признакам преступления, предусмотренного статьей 242.1 частями 1, 2 Уголовного кодекса Российской Федерации.

¶ 28Постановлением следователя по особо важным делам 3-го отдела следственной части по РОПД СУ УВД по ЮЗАО ГУ МВД России по г. Москве ФИО1 привлечен в качестве обвиняемого по данному уголовному делу и ему предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 242.1 Уголовного кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона № 215-ФЗ от 27 июля 2009 г.); в совершении 7 преступлений, предусмотренных пунктом «б» части 2 статьи 242.1 Уголовного кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона № 215-ФЗ от 27 июля 2009 г.); в совершении 35 преступлений, предусмотренных пунктами «а», «г» части 2 статьи 242.1 Уголовного кодекса Российской Федерации; в совершении 6 преступлений, предусмотренных пунктом «г» части 2 статьи 242.1 Уголовного кодекса Российской Федерации; в совершении 2 преступлений, предусмотренных пунктом «б» части 3 статьи 242 Уголовного кодекса Российской Федерации.

¶ 29На основании постановления следователя по ОВД 3-го отдела следственной части по РОПД СУ УВД по ЮЗАО ГУ МВД России по г. Москве от 22 июня 2015 г. в отношении ФИО1 избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

¶ 3029 июня 2015 г. и.о. первого заместителя прокурора ЮЗАО г. Москвы утверждено обвинительное заключение по уголовному делу по обвинению ФИО1 Уголовное дело в отношении ФИО1 было передано для рассмотрения в Черемушкинский районный суд города Москвы.

¶ 31Приговором Черемушкинского районного суда города Москвы от 30 июля 2015 г. ФИО1 был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 242.1 Уголовного кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона № 215-ФЗ от 27 июля 2009 г.); в совершении 7 преступлений, предусмотренных пунктом «б» части 2 статьи 242.1 Уголовного кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона № 215-ФЗ от 27 июля 2009 г.); в совершении 35 преступлений, предусмотренных пунктами «а», «г» части 2 статьи 242.1 Уголовного кодекса Российской Федерации; в совершении 6 преступлений, предусмотренных пунктом «г» части 2 статьи 242.1 Уголовного кодекса Российской Федерации; в совершении 2 преступлений, предусмотренных пунктом «б» части 3 статьи 242 Уголовного кодекса Российской Федерации, и на основании части 3 статьи 69 Уголовного кодекса Российской Федерации по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно ФИО1 назначено наказание в виде 3 лет 6 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима. Приговором Черемушкинского районного суда города Москвы от 30 июля 2015 г. ФИО1 изменена мера пресечения и он взят под стражу в зале суда.

¶ 32Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Московского городского суда от 5 ноября 2015 года приговор Черемушкинского районного суда города Москвы от 30 июля 2015 г. в отношении ФИО1 изменен: указано в резолютивной части приговора о признании ФИО1 виновным в совершении 35 преступлений, предусмотренных пунктами «а», «г» части 2 статьи 242.1 Уголовного кодекса Российской Федерации. В остальной части приговор оставлен без изменения.

¶ 33Постановлением Президиума Московского городского суда от 25 августа 2017 г. приговор Черемушкинского районного суда города Москвы от 30 июля 2015 г. и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Московского городского суда от 5 ноября 2015 г. отменены, уголовное дело в отношении ФИО1 направлено на новое судебное рассмотрение в тот же суд в ином составе суда. Данным постановлением ФИО1 освобожден из-под стражи.

¶ 34Как следует из справки об освобождении от 1 сентября 2019 г., выданной ФКУ ИК №6 УФСИН РФ по Тульской области, ФИО1 отбывал наказание местах лишения свободы с 30 июля 2015 г. по 1 сентября 2017 г., откуда освобождён по постановлению Президиума Московского городского суда от 25 августа 2017 г.

¶ 35Как следует из материалов дела, в соответствии с приговором Черемушкинского районного суда города Москвы от 22 декабря 2017 г., вступившим в законную силу 10 января 2018 г., ФИО1 оправдан по предъявленным ему обвинениям, на основании пункта 3 части 2 статьи 302 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации в связи с отсутствием состава преступлений. На основании статьи 134 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации за ФИО1 признано право на реабилитацию.

¶ 36Разрешая заявленные требования и установив данные обстоятельства, суды первой и апелляционной инстанции, руководствуясь статьями 133 - 139, 397 и 399 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, статьями 150, 151, 1070 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, пришли к выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения заявленных исковых требований.

¶ 37С данными выводами суд кассационной инстанции соглашается, и податель кассационной жалобы указанные выводы не оспаривает.

¶ 38Между тем, определяя размер компенсации морального вреда, суд первой инстанции указал лишь на то, что учитывает принципы разумности и справедливости, период незаконного уголовного преследования, а также время пребывания истца в местах лишения свободы. С учетом приведенных обстоятельств суд опередил разумной и достаточной компенсацию морального вреда в сумме 400 000 руб.

¶ 39Суд апелляционной инстанции, отклоняя доводы апелляционной жалобы ФИО1 о чрезмерном снижении заявленной суммы компенсации морального вреда, указал, что судом первой инстанции в полной мере были учтены все обстоятельства, указанные истцом в качестве основания иска.

¶ 40Судебная коллегия по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции с выводами судов о размере компенсации морального вреда согласиться не может, находит их основанными на неправильном применении судами норм материального и процессуального права.

¶ 41Так, в обоснование исковых требований истец указал, что в результате незаконного осуждения был лишен свободы на общий срок 2 года 32 дня. При этом его переживания усугубились тем, что он был осужден за такие преступления, как незаконные изготовление и оборот порнографических материалов или предметов, в том числе за изготовление и оборот материалов или предметов с порнографическими изображениями несовершеннолетних, которые крайне негативно осуждаются в обществе. Более того, преступления, в совершении которых он был обвинен, относятся к категории тяжких преступлений, следствием чего явилось и особое негативное отношение администрации исправительного учреждения по отношению к ФИО1

¶ 42Из-за обвинения ФИО1 в совершении тяжких преступлений существенно ухудшилось здоровье его матери, больной онкологией, которая проживала одна и нуждалась в постоянном уходе, материальной и моральной поддержке, он являлся единственным ребенком, содержал её и осуществлял за ней уход. Данные доказательства он представлял в материалы уголовного дела. Лишение ФИО1 свободы повлекло невозможность осуществления им соответствующего необходимого за ней ухода, а также повлекло для его матери стресс и резкое ухудшение состояния её здоровья. В период отбытия наказания ему было отказано в предоставлении краткосрочного отпуска в порядке статьи 97 Уголовного исполнительного кодекса Российской Федерации, в связи со смертью матери.

¶ 43Кроме того, за время нахождения в местах лишения свободы ФИО1 был лишен возможности общения со своей семьей – супругой и дочерью.

¶ 44В связи с незаконным лишением свободы ФИО1 утратил возможность осуществлять трудовую деятельность и участвовать в общественной жизни, в том числе, осуществлять благотворительную деятельность, а также утратил возможность реализовывать свои конституционные права, в частности, участие в выборах депутатов Государственной Думы Федерального собрания Российской Федерации 18 сентября 2016 г.

¶ 45В рамках уголовного дела производились следственные действия, при производстве которых посторонним лицам - понятым, двое из которых проживали в соседнем с ФИО1 доме, были распространены сведения, порочащие честь и достоинство ФИО1 Более того, в ходе предварительного следствия члены семьи ФИО1 подвергались унизительным вопросам, что повлекло возникновение у его супруги нервного срыва.

¶ 46Помимо этого, условия содержания в местах лишения свободы существенно отличались от жилищных условий в гражданском обществе. Окружавший контингент заключенных состоял из преступников, совершивших различные преступления общеуголовной направленности. Питание в местах лишения свободы производилось по нормам содержания заключенных. Условий для полезного досуга не имелось. Свидания с родственниками предоставлялись исходя из тяжести вмененных ФИО1 в вину преступлений. Данные обстоятельства повлекли для ФИО1 снижение как интеллектуального, так и нравственного уровня его развития.

¶ 47Кроме того, в вышеназванных условиях содержания ФИО1 приобрел заболевание, относительно которого он до настоящего времени проходит лечение, и к фактическому и эффективному лечению которого он смог приступить только после освобождения.

¶ 48Данные обстоятельства, указанные в обоснование иска ФИО1 не получили какой-либо оценки судами первой и апелляционной инстанций.

¶ 49Так, статьей 53 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

¶ 50Согласно абзацу 3 статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу.

¶ 51В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

¶ 52Пунктом 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» (с последующими изменениями и дополнениями) разъяснено, что размер компенсации морального вреда зависит от характера и объёма причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований.

¶ 53Кроме того, необходимо учитывать, что Российская Федерация как участник Конвенции о защите прав человека и основных свобод (заключена в г. Риме 4 ноября 1950 г., с изменениями от 13 мая 2004 г.) признает юрисдикцию Европейского Суда по правам человека обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и Протоколов к ней в случае предполагаемого нарушения Российской Федерацией положений этих договорных актов, когда предполагаемое нарушение имело место после вступления их в силу в отношении Российской Федерации.

¶ 54Из положений статьи 46 Конвенции, статьи 1 Федерального закона от 30 марта 1998 г. № 54-ФЗ «О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней» следует, что правовые позиции Европейского Суда по правам человека, которые содержатся в его окончательных постановлениях, принятых в отношении Российской Федерации, являются обязательными для судов.

¶ 55Как разъяснено в пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 октября 2003 г. № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации», применение судами Конвенции должно осуществляться с учетом практики Европейского Суда по правам человека во избежание любого нарушения Конвенции.

¶ 56Согласно статье 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции. Не допускается вмешательство со стороны публичных властей в осуществление этого права, за исключением случаев, когда такое вмешательство предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности или защиты прав и свобод других лиц.

¶ 57Семейная жизнь в понимании статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей, как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками. Понятие «семейная жизнь» не относится исключительно к основанным на браке отношениям и может включать другие семейные связи, в том числе связь между родителями и совершеннолетними детьми.

¶ 58Суд апелляционной инстанций, сославшись на положения Конвенции о защите прав человека и основных свобод, по сути, её нормы к обстоятельства настоящего дела не применил.

¶ 59Так, суды не приняли во внимание факт тяжелой болезни матери истца, её потребность в постороннем уходе. Не вынесли на осуждение сторон причинно-следственную связь между ухудшением её здоровья и уголовным преследованием, осуществлявшимся в отношении её сына. Из-за незаконного заключения под стражу, он был лишен возможности осуществлять помощь и проявлять заботу о матери, а также был лишен возможности общения с ней.

¶ 60Обстоятельства, касающиеся утраты семейных связей (смерть матери) применительно к вышеприведенным нормам материального права, судами при определении степени нравственных страданий ФИО1 не учитывались.

¶ 61Кроме того, в составе его семь имеется дочь и супруга, которые также были лишены возможности получать содержание и заботу от него, а также истец длительное время был лишен возможности общения с ними.

¶ 62Суды данные доводы не проверили и оценки им не дали, как и не приняли во внимание, что ФИО1 был осужден за такие преступления, как незаконные изготовление и оборот порнографических материалов или предметов, в том числе за изготовление и оборот материалов или предметов с порнографическими изображениями несовершеннолетних, которые крайне негативно осуждаются в обществе. В связи с тем, что факт его привлечения к уголовной ответственности стал широко известен, в том числе соседям по дому, в отношении него и его семьи были распространены сведения, порочащие честь и достоинство, члены его семьи подвергались унизительным вопросам, что повлекло возникновение у его супруги нервного срыва.

¶ 63Наличие указанных фактических обстоятельств сомнений не вызывает в силу их очевидности и необходимости учета при решении вопроса о размере компенсации морального вреда, что было проигнорировано нижестоящими судами.

¶ 64В пунктах 2 и 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 (с последующими изменениями и дополнениями) «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъясняется, что моральный вред может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

¶ 65В силу статьи 41 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

¶ 66Требования о компенсации морального вреда ФИО1 были мотивированны, в частности причинением нравственных и физических страданий, выразившихся в возникновении заболевания в период отбывания наказания, которое он длительное время не мог вылечить.

¶ 67Однако данные доводы также не были учтены судами и не положены в основу выводов о размере компенсации морального вреда.

¶ 68Также суды при определении размера компенсации морального вреда оставили без внимания личность истца, который ранее никогда не привлекался к уголовной ответственности, являлся добропорядочным членом общества, работал, в связи с чем незаконное привлечение его к уголовной ответственности за особо тяжкое преступление и длительное нахождение в местах лишения свободы явилось существенным психотравмирующим фактором.

¶ 69Указывая на неправомерное длительное нахождение в местах лишения свободы и ненадлежащие условия содержания, истец апеллировал к обширной судебной практике рассмотрения аналогичных споров Европейским Судом по правам человека, однако, нормы Конвенции о защите прав человека и основных свобод в совокупности с положениями статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, судом применены не были.

¶ 70Так, примера аналогичного спора является дело по жалобе № 23939/02, поданной ФИО6 против Российской Федерации, в которой заявитель также утверждал, что условия его содержания под стражей в следственном изоляторе являлись ужасающими, что его содержание под стражей было незаконным и чрезмерно длительным, и что такое содержание под стражей воспрепятствовало его контактам с семьей. Исходя из того, что заявитель содержался более двух лет в переполненных камерах следственного изолятора, Постановлением Европейского Суда от 17 июня 2010 г. заявителю присуждена сумма в размере 18 000 евро в качестве компенсации морального вреда.

¶ 71Схожие обстоятельства установлены по делу «Ананьев и другие (Апапуеу апё отегз) против Российской Федерации» (жалоба № 42525/07, 60800/08), в котором заявители жаловались в соответствии со статьей 3 Конвенции на то, что они содержались (на законных основаниях) в следственных изоляторах № ИЗ-67/1 (Ананьев - в течение 2 месяцев) и № ИЗ-30/1 (Баширов - в течение 2 лет и 10 месяцев), в условиях, которые были настолько суровыми, что составляли бесчеловечное и унижающее достоинство обращение в нарушение этой статьи.

¶ 72По указанному делу Постановлением Европейского Суда от 10 января 2012 г. установлено, что допущено нарушение требований статей 3 и 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, заявителю ФИО8 присуждена сумма в размере 2 000 евро, Баширову - 13 000 евро в качестве компенсации морального вреда, что значительно больше присужденной судом суммы по настоящему делу, где установлена незаконность содержания ФИО7 под стражей.

¶ 73Именно с учетом сложившейся практики Европейского суда по правам человека судам следовало разрешить настоящий спор.

¶ 74Суд кассационной инстанции, оценив доводы кассационной жалобы истца и установленные судами первой и апелляционной инстанций факты, сложившуюся практику Европейского суда по правам человека, приходит к выводу, что присуждение компенсации морального вреда в размере 400 000 руб. за 2 года 33 дня незаконного пребывания в исправительном учреждении (530 рублей за сутки) является явно не справедливой и не разумной.

¶ 75В связи с изложенным постановления судов первой и апелляционной инстанций в части размера компенсации морального вреда подлежат отмене с направлением гражданского дела на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

¶ 76Руководствуясь статьями 379?, 379?, 390, 390? Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции

¶ 77определила:

¶ 78апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 6 июля 2020 г. отменить, направить гражданское дело на новое апелляционное рассмотрение в суд апелляционной инстанции – Московский городской суд.

¶ 79Председательствующий

¶ 80Судьи