О взыскании компенсации морального вреда

Текст определения

¶ 1КОПИЯ

¶ 2I инстанция – ФИО11

¶ 3II инстанция – ФИО12, ФИО13, ФИО14 (докладчик)

¶ 4Дело № 88-24882/2020

¶ 5ОПРЕДЕЛЕНИЕ

¶ 619 ноября 2020 г. город Москва

¶ 7Судебная коллегия по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции в составе председательствующего ФИО15, судей ФИО16, ФИО17

¶ 8рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Государственному автономному учреждению здравоохранения города Москвы «Стоматологическая поликлиника № 22 Департамента здравоохранения города Москвы» о взыскании компенсации морального вреда (номер дела, присвоенный в суде первой инстанции, 2-1049/2018)

¶ 9по кассационной жалобе ФИО1 на решение Перовского районного суда города Москвы от 23 ноября 2018 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 30 июня 2020 г.

¶ 10Заслушав доклад судьи судебной коллегии по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции ФИО10, объяснения истца ФИО1 и ее представителя ФИО8, поддержавших доводы кассационной жалобы, представителя ответчика по доверенности ФИО9, возражавшего против удовлетворения кассационной жалобы, заключение по делу прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации ФИО18, полагавшей, что судебные постановления подлежат оставлению без изменения,

¶ 11установила:

¶ 12ФИО1 обратилась в суд с иском к Государственному автономному учреждению здравоохранения города Москвы «Стоматологическая поликлиника № 22» Департамента здравоохранения города Москвы (далее – Поликлиника) о взыскании компенсации морального вреда. Иск мотивирован тем, что 20 июня 2017 г. ФИО1 обратилась в Поликлинику по поводу удаления зубов в связи с предстоящим протезированием. Истец утверждала, что несмотря на ее отказ, врач сделал ей два укола анестезии, после чего зубы были удалены. Спустя несколько дней истец обнаружила на месте удаленного первого зуба правой верхней челюсти вздутость, вызванная, по ее мнению, тем, что в десне осталась часть корня удаленного зуба. 4 июля 2017 г. истец повторно обратилась в поликлинику для удаления двух нижних зубов - третьего и четвертого в правой нижней челюсти. После проведения второго двойного укола анестезии, не дожидаясь времени действия укола, врач удалил два зуба. Истец полагала, что действие двойной дозы уколов анестезии негативно сказалось на ее самочувствии. На следующий день после укола она обнаружила синяк на подбородке, а на десне в месте удаления зубов обнаружена выступающая косточка, что, по мнению истицы, свидетельствует о допущенной со стороны врача халатности. В дальнейшем при обращении в Поликлинику и изучении медицинских документов истец установила ряд несоответствий в записях фактически оказанному лечению: неверно указаны даты приема, нет сведений о выдаче направления на рентген, выполненный 14 июля 2017 г. В иске указано, что до настоящего времени истицу беспокоят ноющие боли в области удаленных третьего и четвертого зубов нижней челюсти. На месте удаленных зубов выпирает косточка, десна в этом месте имеет деформацию.

¶ 13В этой связи, ФИО1 полагает, что ей были оказаны медицинские услуги ненадлежащего качества, и просила взыскать с Поликлиники компенсацию морального вреда в размере 1400000 руб., а также судебные расходы на юридические услуги, понесенные в связи с рассмотрением настоящего дела судом, в размере 75700 руб.

¶ 14Решением Перовского районного суда города Москвы от 23 ноября 2018 г., оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 30 июня 2020 г., в удовлетворении иска отказано.

¶ 15В кассационной жалобе, поступившей вместе с гражданским делом во Второй кассационный суд общей юрисдикции 1 октября 2020 г., истец просила судебные постановления отменить и принять по делу новое решение об удовлетворении ее иска в полном объеме, полагая, что судами неправильно применены нормы материального и процессуального права, а их выводы не соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

¶ 16Заслушав объяснения явившихся участников процесса, заключение прокурора, проверив материалы дела в пределах доводов кассационной жалобы и возражений на нее, судебная коллегия не находит в настоящем деле оснований, с которыми статья 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) связывает возможность отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке.

¶ 17В суде кассационной инстанции не оспаривались установленные судами обстоятельства обращений истца к ответчику за медицинской помощью по поводу удаления зубов 20 июня 2017 г. и 4 июля 2017 г., выполнения рентгенологического обследования 14 июля 2017 г. и оказания данного вида медицинской помощи.

¶ 18Основанием для отказа в удовлетворении иска, послужили выводы суда первой инстанции о том, что медицинская помощь истице оказана с соблюдением требований, предъявляемых к методам диагностики, профилактики и лечения, разрешенным на территории Российской Федерации, а указанные в исковом заявлении последствия оказания медицинской помощи (удаления зубов) не являются недостатками и не свидетельствуют о некачественном оказании медицинской помощи

¶ 19Суд апелляционной инстанции согласился с такими выводами районного суда, приняв в качестве нового допустимого и достоверного доказательства заключение комиссии экспертов ГБУЗ г. Москвы «Бюро судебно-медицинской экспертизы Департамента здравоохранения города Москвы» № 2023000026, выполненное 25 марта 2020 г. по результатам судебно-медицинской экспертизы, назначенной определением судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 24 декабря 2019 г.

¶ 20В этом заключении экспертами сделаны выводы о том, что за период оказания стоматологической помощи в Поликлинике с 26 июня 2017 г. по 17 июля 2017 г. ФИО1 в качестве подготовительного этапа для дальнейшего рационального протезирования с целью восстановления основных функций зубочелюстной системы было выполнено удаление 11, 21, 43, 44, 17 зубов. Удаление зубов было проведено в соответствии с имеющимися показаниями, обусловлено их функциональной несостоятельностью и невозможностью их сохранения для дальнейшего протезирования – коронки зубов полностью разрушены, имеются признаки хронического периодонтита («восстановлению не подлежат»). Из заключения следует, что при анализе в рамках настоящей комиссионной судебно-медицинской экспертизы не выявлено признаков перелома челюстей и наличия остаточных корней в области удаленных зубов. Судебными экспертами не установлено каких-либо неблагоприятных последствий для ФИО1 в результате оказания ей медицинской помощи Поликлинике.

¶ 21В этой связи, суд апелляционной инстанции также признал недоказанными утверждения истца о наличии недостатков качества медицинской помощи, предоставленной ей ответчиком в указанный в иске период времени.

¶ 22В кассационной жалобе истец настаивала на доводах своего иска о причинении ей нравственных страданий в связи с применением ответчиком ненадлежащих методов лечения. По мнению ФИО1, положенное в обоснование апелляционного определения заключение экспертов, содержит недостоверные выводы о состоянии ее здоровья после удаления зубов, а представленные ею медицинские документы, подтверждающие ее доводы, в том числе заключение врачебной комиссии по экспертизе качества оказания стоматологической помощи взрослому и детскому населению Департамента здравоохранения г. Москвы от 27 апреля 2018 г., не получили объективной оценки со стороны суда. Истец утверждала, что в нарушение нарушен принцип состязательности и равноправия сторон, требований законодательства о защите прав потребителей, суд неправомерно не возложил на ответчика обязанность доказывания обстоятельств, освобождающих его от ответственности перед потребителем.

¶ 23Указанные доводы правовых оснований к отмене судебных постановлений не содержат, по существу они сводятся к выражению несогласия заинтересованной стороны с оценкой представленных по делу доказательств.

¶ 24В настоящем деле судами правильно распределена между сторонами обязанность доказывания, оценка всем представленным по делу доказательствам дана в полном соответствии с требованиями статей 67, 71, 86 ГПК РФ, на их основании в судебных актах сделаны мотивированные выводы, спор по существу разрешен верно.

¶ 25Оценив полноту, научную обоснованность и достоверность выводов заключения комиссии судебных экспертов, суд апелляционной инстанции правомерно признал его отвечающим требованиям относимости и допустимости доказательств, поскольку оно выполнено лицами, имеющими необходимую квалификацию и предупрежденным об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Исследование и выводы, приведенные в заключении экспертов, изложены достаточно полно и ясно с учетом вопросов, поставленных перед ними в определении городского суда. По своему содержанию экспертное заключение полностью соответствует требованиям действующего законодательства, исследовательская часть базируется на исследованных экспертом материалах гражданского дела, медицинскую документацию, представленную сторонами по делу. Объективных оснований не доверять выводам судебных экспертов у суда не имелось.

¶ 26Согласно части 3 статьи 390 ГПК РФ кассационный суд общей юрисдикции не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции, предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими и определять, какое судебное постановление должно быть принято при новом рассмотрении дела. Дополнительные доказательства судом кассационной инстанции не принимаются.

¶ 27Несогласие истца с выводами, изложенными в экспертном заключении, само по себе не свидетельствует о наличии оснований для отмены обжалуемых судебных актов.

¶ 28Иные доводы жалобы не ставят под сомнение законность и обоснованность обжалуемых судебных постановлений.

¶ 29При разрешении настоящего спора судами правильно применены регулирующие спорные правоотношения нормы статей 151, 1064, 1099, 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 21 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» с учетом обязательных разъяснений, приведенных в пунктах 1, 2, 8 постановления Пленума Верховного Суда России?скои? Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской? Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», а также нормы Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей» с учетом разъяснений пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. № 17 «О рассмотрении гражданских дел по спорам о защите прав потребителей».

¶ 30Оснований для иного применения норм материального и процессуального права у судебной коллегии не имеется, так как выводы суда первой инстанции полностью соответствуют обстоятельствам данного дела и спор по существу разрешен верно.

¶ 31На основании изложенного, руководствуясь статьями 379.7, 390, 390.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции

¶ 32определила:

¶ 33решение Перовского районного суда города Москвы от 23 ноября 2018 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 30 июня 2020 г. оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

¶ 34Председательствующий подпись

¶ 35Судьи подписи