О признании сделки недействительной

Текст определения

¶ 1I инстанция – ФИО3

¶ 2II инстанция – ФИО4, ФИО5, ФИО6 (докладчик)

¶ 3Дело № 8Г-25448/2020 (88-24955/2020)

¶ 4ОПРЕДЕЛЕНИЕ

¶ 512 ноября 2020 г. город Москва

¶ 6Судебная коллегия по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции в составе

¶ 7председательствующего ФИО7,

¶ 8судей ФИО8 и ФИО9

¶ 9рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО2 о признании сделки недействительной (номер дела, присвоенный судом первой инстанции, 2-2328/2019) по кассационной жалобе ФИО1 на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 10 февраля 2020 г.

¶ 10Заслушав доклад судьи ФИО8, объяснения ФИО1, ее представителя ФИО10, поддержавших доводы кассационной жалобы,

¶ 11установила:

¶ 12ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2, ФИО2, в котором просила признать недействительным договор дарения 1/2 доли Двухкомнатной квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, заключенный 14 июля 2016 г. между ФИО1 и ФИО2, применить последствия недействительности сделки, возвратить 1\2 доли двухкомнатной квартиры по адресу: <адрес> истцу.

¶ 13В обоснование заявленных требований истец указала, что ей на основании договора передачи от 25 марта 1992 г. была передана в собственность двухкомнатная квартира, расположенная по адресу: <адрес>.

¶ 14Также у истца в собственности была однокомнатная квартира, расположенная по адресу: <адрес>. У истца есть внуки - старший МСВ и младший МВВ. В 2007 году истец подарила указанную однокомнатную квартиру своему младшему внуку МВВ и его дочери, то есть правнучке истца, ФИО2, 1998 года рождения, по 1\2 доле каждому. В 2010 году истец подарила своему старшему внуку МСВ 1\2 доли вышеуказанной двухкомнатной квартиры. В 2016 году к истцу обратилась жена младшего внука МСВ - ФИО2 с предложением заключения с истцом договора пожизненного содержания с иждивением в отношении 1\2 доли двухкомнатной квартиры, расположенной по адресу: <адрес>. Она обещала, что будет оказывать истцу материальную помощь и уход взамен на 1\2 долю указанной квартиры, которая перейдет к ее дочери ФИО2 Инне в случае смерти истца. Истец согласилась на их предложение, так как находится в преклонном возрасте, у истца плохое состояние здоровья, имеется много тяжелых хронических заболеваний и ей необходим посторонний уход. 13 апреля 2016 г. истец с ФИО2 посещали нотариуса по адресу: <адрес>, где она подписала доверенность на ее имя для сбора документов для заключения в дальнейшем договора пожизненного содержания с иждивением с ФИО2 в отношении 1\2 доли двухкомнатной квартиры.

¶ 1514 июля 2016 г. ФИО2 попросила истца приехать к нотариусу и расписаться в документах вновь, мотивируя тем, что в доверенности допущена ошибка. Поверив ей, истец приехала и расписалась в предоставленных ей документах. Как впоследствии выяснилось, 14 июля 2016 г. между истцом и ФИО2 с согласия ее матери ФИО2 был заключен договор дарения принадлежащей истцу доли двухкомнатной квартиры. Указанная сделка была совершена истцом под влиянием заблуждения, поскольку истец не имела намерения передавать безвозмездно собственность иному лицу свое единственное жилье. Заключая с Мельниковой И.В договор, истец полагала, что это договор пожизненного содержания с иждивением. О том, что истцом заключен именно договор дарения и собственником ранее принадлежащей ей доли в вышеуказанной квартире является ФИО2, истец узнала только в сентябре 2018 г. Заключение именно договора пожизненного содержания с иждивением для истца было важным ввиду следующего. Истец страдает многими тяжелыми заболеваниями, в том числе: ишемическая болезнь сердца, диффузный кардиослероз, артериальная гипертония 2 и 3 ст., сердечная недостаточность 2 степени, хроническая микроцитарная анемия. Также у истца имеется масса заболеваний головного мозга, атрофия зрительного нерва. С 1965 года по настоящий день истец зарегистрирована в спорной квартире. Различия в порядке заключения договора пожизненного содержания иждивением и договора дарения истцу не были известны.

¶ 16Решением Тимирязевского районного суда г. Москвы от 23 сентября 2019 г. постановлено:

¶ 17исковые требования ФИО1 к ФИО2, ФИО2 о признании сделки недействительной удовлетворить.

¶ 18Признать недействительным договор дарения доли квартиры, заключенный 14 июля 2016 г. между ФИО1 и ФИО2.

¶ 19Прекратить право собственности на 1/2 доли квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, зарегистрированное на имя ФИО2.

¶ 20Возвратить ФИО1 в собственность 1/2 доли квартиры по адресу: <адрес>.

¶ 21Решение суда является основанием для аннулирования записи о праве собственности ФИО2 на 1/2 доли квартиры по адресу: <адрес> внесения записи о праве собственности ФИО1 на указанное жилое помещение.

¶ 22Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 10 февраля 2020 г. постановлено:

¶ 23решение Тимирязевского районного суда г. Москвы от 23 сентября 2019 г. отменить.

¶ 24Принять по делу новое решение.

¶ 25В удовлетворении иска ФИО1 к ФИО2, ФИО2 о признании сделки недействительной отказать.

¶ 26В кассационной жалобе ФИО1 поставлен вопрос об отмене апелляционного определения в связи с несоответствием выводов судов фактическим обстоятельствам дела и нарушением норм материального и процессуального права.

¶ 27Не согласна с оценкой доказательств, произведенной судами, и сделанными на основании этого выводами о частичном удовлетворении исковых требований.

¶ 28Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы и возражений на нее, проверив по правилам статьи 379.6 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов, содержащихся в кассационной жалобе, законность судебного постановления, принятого судом апелляционной инстанции, кассационный суд не находит оснований для удовлетворения жалобы.

¶ 29Согласно статье 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

¶ 30Оснований, предусмотренных статьей 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, для отмены апелляционного определения в кассационном порядке не имеется.

¶ 31Разрешая заявленные требования, суд пришел к выводу, что при заключении 14 июля 2016 г. договора дарения ФИО1 действительно существенно заблуждалась в отношении природы сделки, заключенный договор и его условия не соответствовали действительной воле ФИО1, которая не имела намерений безвозмездно передать свое имущество своему родственнику. В силу преклонного возраста на момент совершения сделки (88 лет), наличии заболеваний, в том числе, болезни диска зрительного нерва с 2001 года, что подтверждается медицинской документацией, наличия доверительных отношений с родственниками, при заключении договора дарения квартиры истец действовала под влиянием существенного заблуждения относительно природы совершаемой сделки, полагая, что подписывает договор пожизненного содержания с иждивением.

¶ 32Разрешая ходатайство ответчика о пропуске срока исковой давности, суд принял во внимание объяснения ФИО1 и ее представителя о том, что она не знала о заключении именно договора дарения, так как документы после регистрации сделки ею получены не были, о том, что был заключен именно договор дарения, ей стало известно в апреле 2019 года, после получения информации из регистрирующего органа, в связи с чем суд первой пришел к выводу о том, что срок исковой давности ФИО1 для обращения с указанным иском в суд не пропущен, т.к. его следует исчислять с 6 марта 2019 г. - с даты получения представителем ФИО1 у нотариуса г. Москвы ФИО11 дубликатов договора дарения и доверенности.

¶ 33С данными выводами суда первой инстанции суд апелляционной инстанции обоснованно не согласился, поскольку они сделаны при неправильном применении норм материального права, неправильном определении обстоятельств, имеющих значение для дела.

¶ 34Суд апелляционной инстанции указал, что вывод суда первой инстанции о том, что при заключении договора дарения ФИО1 заблуждалась в отношении природы сделки, договор дарения не соответствовал ее действительной воли, истец действовала под влиянием существенного заблуждения относительно природы совершаемой сделки, полагая, что подписывает договор пожизненного содержания с иждивением, достоверными и допустимыми доказательствами не подтвержден и опровергается материалами дела. при этом суд первой инстанции не учел, что истец неоднократно заключала аналогичные сделки. Так, в 2007 году истец подарила <адрес> по адресу: <адрес>, корпус 1 внуку МВВ и правнучке ФИО2 по 1/2 доли каждому. В 2010 году истец подарила долю <адрес> по адресу: <адрес>, корпус 1 внуку МСВ Таким образом, суд апелляционной инстанции обоснованно счел, что правовая природа договора дарения истцу была известна, каких-либо доказательств, подтверждающих, что психическое состояние истца с 2010 г. существенно ухудшилось и по состоянию на июль 2016 г. она утратила способность понимать суть и правовую природу сделки, которую ранее неоднократно заключала, в материалах дела не имеется.

¶ 35Суд апелляционной инстанции согласился с доводами ответчика о пропуске истцом без уважительных причин годичного срока исковой давности в отношений оспаривания договора дарения, заключенного 14 июля 2016 г., что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

¶ 36Таким образом, суд апелляционной инстанции обоснованно решение суда первой инстанции отменил и принял новое решение об отказе в удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

¶ 37Доводы кассационной жалобы в своей совокупности направлены на оспаривание обоснованности выводов суда апелляционной инстанции, и они не могут служить основанием к отмене состоявшихся судебных актов.

¶ 38При разрешении доводов кассационной жалобы, направленных исключительно на оспаривание приведенных выше выводов первого и апелляционного судов по существу спора, учитывается, что по смыслу части 3 статьи 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд кассационной инстанции, в силу его компетенции, при рассмотрении жалобы должен исходить из признанных установленными судом первой и второй инстанций фактических обстоятельств, проверяя лишь правильность применения и толкования норм материального и процессуального права судами первой и второй инстанций, тогда как правом переоценки доказательств он не наделен.

¶ 39Несогласие лица, подавшего кассационную жалобу, с результатами оценки доказательств, произведенной судами первой и апелляционной инстанций, не подпадает под приведенный в статье 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации исчерпывающий перечень оснований к пересмотру вступивших в законную силу судебных постановлений.

¶ 40Соответственно, не имеется оснований для повторного обсуждения вопроса о допустимости, относимости, достоверности и достаточности доказательств, положенных в основу решения и апелляционного определения, либо отвергнутых судами первой и апелляционной инстанции, включая те из них, на которые заявитель ссылается в кассационной жалобе.

¶ 41Нормы материального права при рассмотрении дела применены правильно, нарушений норм гражданского процессуального законодательства, влекущих отмену судебных постановлений, судами при рассмотрении дела не допущено.

¶ 42С учётом изложенного кассационная инстанция не находит оснований для отмены обжалуемых судебных актов и удовлетворения кассационной жалобы.

¶ 43Руководствуясь статьями 379.6, 390, 390.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции

¶ 44определила:

¶ 45апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 10 февраля 2020 г. оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

¶ 46Председательствующий

¶ 47Судьи