О взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования

Текст определения

¶ 1КОПИЯ

¶ 2I инстанция – ФИО10

¶ 3II инстанция – ФИО11 (докладчик), ФИО12, ФИО13

¶ 4Дело № 88-25103/2020

¶ 5ОПРЕДЕЛЕНИЕ

¶ 610 декабря 2020 г. город Москва

¶ 7Судебная коллегия по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции в составе председательствующего ФИО14, судей ФИО15, ФИО16

¶ 8рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования, (номер дела, присвоенный в суде первой инстанции, 2-4394/2019)

¶ 9по кассационной жалобе Управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по Ульяновской области на решение Тверского районного суда города Москвы от 19 декабря 2019 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 10 августа 2020 г.

¶ 10Заслушав доклад судьи судебной коллегии по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции ФИО16,

¶ 11установил:

¶ 12ФИО2 обратился в суд с иском к Минфину России о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования, в размере 1000000 руб.

¶ 13Иск мотивирован тем, что приговором Димитровградского городского суда Ульяновской области от 20 сентября 2001 г. ФИО2 осужден за совершение преступления, предусмотренного пунктом «в» части 3 статьи 161 УК РФ и оправдан по обвинению в совершении преступления, предусмотренного частью 2 статьи 325 УК РФ, за отсутствием состава преступления. Постановлением судьи того же суда от 9 декабря 2019 г. за ФИО2 признано право на реабилитацию, предусмотренное главой 18 УПК РФ, в части оправдания его указанным приговором суда по обвинению в совершении преступления, предусмотренного частью 2 статьи 325 УК РФ.

¶ 14Истец утверждал, что в связи с незаконным уголовным преследованием за деяние, которое он не совершал, он находился в камере изолятора временного содержания, несмотря на то, что нуждался в медицинской помощи в связи с переломом ключицы и черепно-мозговой травмой, вынужден был терпеть антисанитарные условия содержания, соблюдать установленный режим дня, в связи с чем, он испытывал физические и нравственные страдания.

¶ 15Решением Тверского районного суда города Москвы 19 декабря 2019 г., оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 10 июля 2020 г., иск удовлетворен частично, с Российской Федерации в лице ФИО17 России за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО9 взыскана компенсация морального вреда в размере 1000 руб., в удовлетворении остальной части иска отказано.

¶ 16В кассационной жалобе третьего лица УМВД России по Ульяновской области, поступившей вместе с гражданским делом во Второй кассационный суд общей юрисдикции 28 сентября 2020 г. до истечения срока ее подачи, поставлен вопрос об отмене судебных постановлений и принятии по делу нового решения об отказе в удовлетворении иска в связи с несоответствием выводов суда обстоятельствам дела и неправильным применением норм материального права.

¶ 17Проверив материалы дела в пределах доводов кассационной жалобы, судебная коллегия не усматривает в настоящем деле оснований, с которыми статья 379.7 ГПК РФ связывает отмену или изменение судебных постановлений в кассационном порядке.

¶ 18Удовлетворяя частично требования истца о взыскании в его пользу компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, суд исходил из того, что приговором Димитровградского городского суда Ульяновской области от 20 сентября 2001 г. установлен факт необоснованного предъявления ФИО2 обвинения в совершении преступления, предусмотренного частью 2 статьи 325 УК РФ, его право на реабилитацию по данному факту признано постановлением судьи того же суда от 9 декабря 2019 г., что в силу статей 133,136 УПК РФ, статей 1070, 1110, 1101 ГК РФ является основанием для возмещения истцу в порядке реабилитации за счет казны Российской Федерации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием за конкретные действия, не содержащие признаков состава преступления.

¶ 19С указанными выводами полностью согласился суд апелляционной инстанции, отказавший в удовлетворении жалобы УМВД России по Ульяновской области, привлеченного к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.

¶ 20В кассационной жалобе третьего лица необходимость отмены судебных постановлений связана с отсутствием в настоящем деле совокупности условий, с которыми статьи 1070, 1100 ГК РФ связывают наступление ответственности Российской Федерации за счет ее казны за причинение нравственных и физических страданий, вызванных незаконным привлечением к уголовной ответственности.

¶ 21По мнению представителя УМВД России по Ульяновской области, в деле не имеется доказательств того, что в результате незаконного уголовного преследования ФИО2 по обвинению в совершении преступления небольшой тяжести, предусмотренного частью 2 статьи 325 УК РФ, были нарушены его личные неимущественные права, обусловившие его нравственные переживания или физические страдания, не доказано наступление для истца конкретных неблагоприятных последствий, связанных исключительно с указанным обвинением, которое было предъявлено ему в ходе расследования уголовного дела по обвинению в совершении другого тяжкого преступления, предусмотренного пунктом «в» части 3 статьи 161 УК РФ, за которое он был осужден приговором суда, вынесенным более 18 лет назад. В жалобе также указано, что при определении размера компенсации морального вреда и оценке степени нравственных страданий истца судом не были учтены характеризующие его личность сведения о многократном привлечении к уголовной ответственности, общем сроке отбытого наказания в местах лишения свободы, составившего более 20 лет.

¶ 22Указанные доводы не ставят под сомнение законность и обоснованность обжалуемых судебных постановлений. По существу, они сводятся к изложению обстоятельств, исследованных судами, и к выражению несогласия стороны с произведенной судами оценкой представленных по делу доказательств.

¶ 23Оснований для иного применения норм материального и процессуального права у судебной коллегии не имеется, так как выводы судов по существу иска полностью соответствуют обстоятельствам дела, установленным на основании полной, всесторонней и объективной оценки представленных по делу доказательств в их совокупности.

¶ 24Денежная компенсация морального вреда взыскана судом в пользу истца с Российской Федерации в лице уполномоченного органа за счет казны с учетом всех обстоятельств, имеющих значение для определения ее размера, предусмотренных статьями 151, 1070, 1101 ГК РФ с учетом разъяснений, содержащихся в действующей редакции постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» и правовых позиций, приведенных в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 16 февраля 2006 г. № 19-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина ФИО1 на нарушение его конституционных прав пунктом 1 части второй статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации».

¶ 25Судами обоснованно принято во внимание, что длительность применения к ФИО2 меры пресечения в виде заключения под стражу была вызвана правомерным привлечением его к уголовной ответственности за совершение другого тяжкого преступления, предусмотренного пунктом «в» части 3 статьи 161 УК РФ, а уголовное преследование по обвинению в совершении преступления небольшой тяжести по части 2 статьи 325 УК РФ, виновность ФИО2 в совершении которого в конечном счете была признана судом недоказанной, хотя и вызвало у истца нравственные переживания в связи с несправедливостью такого обвинения, но не повлекло за собой незаконного содержания под стражей или увеличения срока такого содержания.

¶ 26При определении размера компенсации морального вреда судами обоснованно учитывался характер, причиненных ФИО2 нравственных страданий, в том числе с учетом сведений о его личности, а также отсутствие в деле доказательств причинения истцу физических страданий, находящихся в прямой причинно-следственной связи с незаконным уголовным преследованием за деяния, в которых отсутствовал состав преступления, предусмотренного частью 2 статьи 325 УК РФ, а также иных конкретных негативных правовых последствий.

¶ 27Взыскание в пользу истца за счет казны Российской Федерации компенсации морального вреда в меньшем размере противоречило бы требованиям законности, разумности и справедливости и не обеспечило бы баланс прав и охраняемых законом интересов сторон гражданского дела.

¶ 28Иных доводов, которые бы свидетельствовали о существенных нарушениях норм материального или процессуального права, допущенных судами при вынесении обжалуемых судебных постановлений, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов, кассационная жалоба не содержит.

¶ 29В настоящем деле судами не допущено перечисленных в части 4 статьи 379.7 ГПК РФ нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного постановления.

¶ 30На основании изложенного, руководствуясь статьями 379.7, 390, 390.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции

¶ 31определила:

¶ 32решение Тверского районного суда города Москвы от 19 декабря 2019 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 10 августа 2020 г. оставить без изменения, кассационную жалобу Управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по Ульяновской области – без удовлетворения.

¶ 33Председательствующий подпись

¶ 34Судьи подписи