О возмещении убытков, компенсации морального вреда

Текст определения

¶ 11 инстанция ФИО3

¶ 2П инстанция ФИО4, ФИО5 (докладчик), ФИО6

¶ 3Дело № 88-3904/2022

¶ 4№ 2-28/2020

¶ 5ОПРЕДЕЛЕНИЕ

¶ 615 марта 2022 года город Москва

¶ 7Судебная коллегия по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции в составе:

¶ 8председательствующего судьи ФИО7,

¶ 9судей ФИО8, ФИО9,

¶ 10с участием прокурора ФИО10,

¶ 11рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Клиника Доктора Фомина» о возмещении убытков, компенсации морального вреда,

¶ 12по кассационной жалобе представителя ФИО1 – ФИО2 на решение Пролетарского районного суда г. Твери от 27 ноября 2020 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Тверского областного суда от 10 августа 2021 года,

¶ 13Заслушав доклад судьи ФИО8, выслушав пояснения истца ФИО1, поддержавшей кассационную жалобу, представителя ответчика адвоката ФИО11, возражавшего против удовлетворения кассационной жалобы, заключение прокурора отдела Генеральной прокуратуры Российской Федерации ФИО10, полагавшей жалобу не подлежащей удовлетворению,

¶ 14установила:

¶ 15ФИО1 обратилась в суд с иском к ООО «Клиника Доктора Фомина» о возмещении вреда здоровью в размере стоимости услуги пластического хирурга 18 054 руб., компенсации морального вреда в размере 1 000 000 рублей, штрафа за неудовлетворение требований потребителя.

¶ 16В обоснование иска указала, что 25 августа 2017 года обратилась в ООО «КДФ» за консультацией к пластическому хирургу ФИО12 с жалобой на наличие послеоперационного рубца на спинке носа после перенесенной в 2015 году в другой клинике ринопластики носа.

¶ 177 сентября 2017 года в стационарном отделении эстетической медицины ООО «КДФ» на основании заключенного договора на оказание возмездной медицинской услуги - иссечение рубцов (до 5 см), ей была проведена операция.

¶ 18Полагала, что ФИО12 проявлена небрежность, ненадлежащим образом исполнены свои профессиональные обязанности, в нарушение общепринятой тактики лечения <данные изъяты> Прекращение уголовного дела в отношении ФИО12 по ч.2 статьи 118 УК РФ за истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности не освобождает ответчика от ответственности за причиненный истцу вред.

¶ 19Решением Пролетарского районного суда г. Твери от 27 ноября 2020 года, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Тверского областного суда от 10 августа 2021 года, в удовлетворении иска ФИО1 отказано, с нее в пользу ответчика ООО «КДФ» взысканы судебные расходы по оплате судебных медицинских экспертиз в размере 237 263 руб.

¶ 20В кассационной жалобе представитель истца ФИО2 просит отменить судебные постановления, направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции, ссылается на неверную оценку судами доказательств по делу в виде экспертного заключения, полученного в рамках уголовного дела в отношении ФИО12, заключений ГКУ «БСМЭ» от 27 июля и от 30 ноября 2017 года в нарушение принципа состязательности и равноправия сторон гражданского процесса признанных недопустимыми доказательствами, судом не мотивирован вывод о принятии в качестве доказательства заключения экспертов ФГБУ «Российский центр судебно-медицинской экспертизы Минздрава России», которое по мнению кассатора является неполным и поверхностным, не основанным на исследовании всех документов по делу.

¶ 21В судебное заседание суда кассационной инстанции иные участники процесса, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения жалобы, не явились, в связи с чем согласно части 5 статьи 379.5 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле.

¶ 22Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, проверив законность судебных постановлений в пределах доводов кассационной жалобы по правилам части 1 статьи 379.6 ГПК РФ, судебная коллегия по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции не находит оснований для удовлетворения жалобы.

¶ 23Основанием для отмены в кассационном порядке вступивших в законную силу судебных постановлений в силу части 1 статьи 379.7 ГПК РФ является неправильное применение или нарушение норм материального и (или) процессуального права, не соответствие выводов суда установленным обстоятельствам дела, однако таких нарушений судами первой и апелляционной инстанции при разрешении спора не было допущено.

¶ 24В силу пункта 3 статьи 1095 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу гражданина либо имуществу юридического лица вследствие конструктивных, рецептурных или иных недостатков товара, работы или услуги, а также вследствие недостоверной или недостаточной информации о товаре (работе, услуге), подлежит возмещению продавцом или изготовителем товара, лицом, выполнившим работу или оказавшим услугу (исполнителем), независимо от их вины и от того, состоял потерпевший с ними в договорных отношениях или нет.

¶ 25На основании пункта 2 статьи 1096 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный вследствие недостатков работы или услуги, подлежит возмещению лицом, выполнившим работу или оказавшим услугу (исполнителем).

¶ 26В силу пункта 9 статьи 19 Федерального закона от 21 ноября 2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее Закон об основах охраны здоровья) пациент имеет право на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

¶ 27Вред, причиненный личности или имуществу гражданина подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда (п.1 статьи 1064 ГК РФ)

¶ 28Юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей (ч.1 статьи 1068 ГК РФ).

¶ 29В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

¶ 30Согласно п. 1 ст. 15 Закона о защите прав потребителей моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины.

¶ 31В п. 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" содержится разъяснение о том, что при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.

¶ 32Как установлено судами и следует из материалов дела, 25 августа 2017 года между ООО «КДФ» и ФИО1 был заключен договор на оказание платных медицинских услуг - консультация пластического хирурга.

¶ 33Пластическим хирургом ФИО12 произведен осмотр ФИО1 с жалобами <данные изъяты>

¶ 347 сентября 2017 года между ООО «КДФ» и ФИО1 заключен договор на оказание платных медицинских услуг - <данные изъяты> такая услуга в этот же день была ей оказана.

¶ 3526 сентября 2017 года истец ФИО1 обратилась в ООО «КДФ» с претензией о возмещении убытков и компенсации морального вреда, в которой указала на врачебную ошибку, имеющую негативные последствия для ее состояния, а именно при осмотре врач ФИО12 не предпринял никаких мер для улучшения заживления шрама, не заметил начавшегося воспалительного процесса и не назначил адекватного ситуации лечения, в медицинские документы внесены недостоверные сведения о размере шрама, о том, что вновь образовавшийся шрам может быть больше существующего истец не предупреждалась, в протоколе операции указано, что наложена асептическая повязка, однако повязка не накладывалась.

¶ 3612 октября 2017 года ответчиком отказано в удовлетворении претензии с указанием на качественное оказание услуги пластического хирурга, нарушение истцом физиологического процесса заживления раны, короткий послеоперационный временной промежуток, не позволяющий в полном объеме судить о конечном результате косметологической операции.

¶ 37Приговором мирового судьи судебного участка №1 Пролетарского района г.Твери от 18 февраля 2019 года ФИО12 был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.118 УК РФ, в причинении тяжкого вреда здоровью по неосторожности истцу, совершенном вследствие ненадлежащего исполнения своих профессиональных обязанностей.

¶ 38Апелляционным постановлением Пролетарского районного суда г. Твери от 6 мая 2019 года приговор оставлен без изменения.

¶ 39Постановлением Президиума Тверского областного суда от 21 октября 2019 года апелляционное постановление Пролетарского районного суда г. Твери от 6 мая 2019 года, отменено, уголовное дело в отношении ФИО12 передано на новое апелляционное рассмотрение в тот же суд в ином составе.

¶ 40Апелляционным постановлением Пролетарского районного суда г.Твери от 2 декабря 2019 года приговор мирового судьи судебного участка №1 Пролетарского района г.Твери от 18 февраля 2019 года в отношении ФИО12 отменен, уголовное дело прекращено в соответствии с п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ за истечением срока давности уголовного преследования.

¶ 41Разрешая спор и отказывая в удовлетворении иска ФИО1, суд первой инстанции, руководствуясь положениями ст.ст. 150, 151, 1064, 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», Закона РФ «О защите прав потребителей», разъяснениями, содержащимися в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина», дав оценку всем представленным в материалы дела доказательствам, в том числе имеющимся в уголовном деле заключениям комиссионной судебно-медицинской экспертизы № от 30 ноября 2017 года ГКУ «БСМЭ», дополнительной комиссионной судебно-медицинской экспертизы № от 27 июля 2017 года ГКУ «БСМЭ», заключение судебной экспертизы № от 15 октября 2020 года ФГБУ «Российский центр судебно-медицинской экспертизы Минздрава России», исходил из того, что в результате оказанной в ООО «КДФ» услуги пластической хирургии вред здоровью ФИО1 причинен не был, медицинская помощь ФИО1 в ООО «КДФ» в предоперационном периоде, во время оперативного вмешательства, в послеоперационном периоде оказана правильно, соответствовала общепризнанным рекомендациям по реконструктивной и эстетической пластической хирургии, отсутствие желаемого результата от проведенной операции нельзя считать недостатком (дефектом) оказания медицинской помощи, права истца как потребителя при оказании ей услуги нарушены не были, дефекта оказанной услуги также не установлено, что исключает удовлетворение иска о возмещении вреда к работодателю лица, не являющегося причинителем вреда.

¶ 42Суд апелляционной инстанции, проверяя законность судебного решения по апелляционной жалобе ФИО1, с выводами суда первой инстанции в полном объеме согласился и отклоняя доводы апеллянта о том, что судом не учтено прекращение уголовного дела в отношении ФИО12 по нереабилитирующим основаниям, указал на то, что постановление о прекращении уголовного дела являлось предметом оценки суда первой инстанции наряду с иными допустимыми доказательствами в гражданском судопроизводстве, также как и полученные в рамках уголовного дела два экспертных заключения от 27 июля и от 20 ноября 2017 года, показания допрошенных в уголовном деле свидетелей, специалистов, получившие оценку суда по правилам статьи 67 ГПК РФ.

¶ 43Суд апелляционной инстанции согласился с тем, что представленные в уголовном деле заключения судебно-медицинской экспертизы 2017 года не могли содержать объективные выводы экспертов о последствиях проведенной 7 сентября 2017 года операции иссечения рубца при общеизвестной информации об окончательном формировании рубцовой ткани в течение 1-1,5 лет, кроме того экспертиза в уголовном деле проведена без учета принципа состязательности и равноправия сторон, соблюдение которого обеспечено в гражданском процессе при назначении экспертиз, по заключению которых от 10 апреля 2020 года ООО «Независимая медицинская экспертиза ТГМА» и от15 октября 2020 года ФГБУ «Российский центр судебно-медицинской экспертизы Минздрава России» медицинская помощь ФИО1 в ООО «КДФ» в предоперационном периоде и во время оперативного вмешательства, в послеоперационном периоде оказана правильно, соответствовала общепризнанным медицинским данным по реконструктивной и эстетической пластической хирургии, установлены недостоверные сведения в записи в медкарте о наложении истцу асептической повязки после операции и нахождении истца в стационаре в 14.00 07.09.2017, однако дефектами оказания медицинской услуги данные обстоятельства не являются, поскольку хирургом избран верный метод наложения лейкопластырных повязок по краям раны, необходимости в асептической повязке не было.

¶ 44Суд кассационной инстанции полагает необходимым согласиться с выводами судов первой и апелляционной инстанций, правильно применившим нормы материального права и не допустивших нарушения требований процессуального закона.

¶ 45Приведенные в кассационной жалобе доводы, о том, что судами неправильно применены положения ч. 4 ст. 61 ГПК РФ и нарушены процессуальные требования к оценке доказательств, полученных в рамках уголовного дела в отношении ФИО12, не могут быть признаны заслуживающими внимания, поскольку нарушения правил оценки доказательств судами нижестоящих инстанций не допущено.

¶ 46В соответствии с ч. 2 ст. 118 Конституции РФ судебная власть осуществляется посредством конституционного, гражданского, административного и уголовного судопроизводства.

¶ 47В соответствии со ст. 52 Конституции РФ права потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью охраняются законом. Государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба.

¶ 48Потерпевшему обеспечивается возмещение имущественного вреда, причиненного преступлением (ч. 3 ст. 42 Уголовно-процессуального кодекса РФ).

¶ 49На основании ч. 4 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса РФ вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

¶ 50Отсутствие приговора в рамках уголовного судопроизводства не препятствует суду, рассматривающему дело о гражданско-правовых последствиях действий обвинявшегося в совершении преступления лица, принять в качестве письменных доказательств постановление о прекращении в отношении него уголовного дела (ч. 1 ст. 71 ГПК РФ) и оценить его наряду с другими доказательствами (ст. 67 ГПК РФ).

¶ 51Суды обоснованно указали на то, что прекращение уголовного дела по не реабилитирующему основанию в отношении ФИО12 по ч.2 статьи 118 УК РФ от ответственности перед потерпевшим за причиненный вред не освобождает, приняли во внимание преюдициальное значение постановления о прекращении уголовного дела по обстоятельствам оказания ФИО12 услуги пластической хирургии истцу 7 сентября 2017 года наряду с другими доказательствами отсутствия дефектов оказания услуги и причинения вреда истцу.

¶ 52Вопреки доводам кассатора судами не нарушены правила оценки доказательств в гражданском процессе.

¶ 53Как следует из п. 3.2 Постановления Конституционного Суда РФ от 21 декабря 2011 г. N 30-П "По делу о проверке конституционности положений статьи 90 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобой граждан В.В. и В.Е.", пределы действия преюдициальности судебного решения объективно определяются тем, что установленные судом в рамках его предмета рассмотрения по делу факты в их правовой сущности могут иметь иное значение в качестве элемента предмета доказывания по другому делу, поскольку предметы доказывания в разных видах судопроизводства не совпадают, а суды в их исследовании ограничены своей компетенцией в рамках конкретного вида судопроизводства.

¶ 54В уголовном судопроизводстве решается вопрос о виновности лица в совершении преступления и о его уголовном наказании. Имеющими значение для этого суда будут являться такие обстоятельства, подтверждающие установленные уголовным законом признаки состава преступления, без закрепления которых в законе деяние не может быть признано преступным. Это касается и формы вины как элемента субъективной стороны состава преступления, что при разрешении гражданского дела установлению не подлежит. Именно поэтому уголовно-правовая квалификация действий (бездействия) лица определяется исключительно в рамках процедур, предусмотренных уголовно-процессуальным законом, и не может устанавливаться в иных видах судопроизводства.

¶ 55Таким образом, институт преюдиции, являясь выражением дискреции законодателя в выборе конкретных форм и процедур судебной защиты и будучи направлен на обеспечение действия законной силы судебного решения, его общеобязательности и стабильности, на исключение возможного конфликта различных судебных актов, подлежит применению с учетом принципа свободы оценки доказательств судом, вытекающего из конституционных принципов независимости и самостоятельности судебной власти (п. 3.3).

¶ 56Исходя из смысла уголовно-процессуального законодательства, прекращение уголовного дела и освобождение лица от уголовной ответственности по нереабилитирующим основаниям не освобождает виновного от обязательств по возмещению причиненного ущерба и не исключает защиту потерпевшим своих прав в порядке гражданского судопроизводства, на что также указано Конституционным Судом Российской Федерации в Определении от 17 июля 2012 года N 1470-О.

¶ 57Судами нижестоящих инстанций правомерно принято во внимание как итоговое по уголовному делу постановленное в отношении ФИО12, так и иные доказательства по делу, свидетельствующие об отсутствии виновных действий сотрудника ООО «КДФ», что свидетельствует об обоснованности выводов судов об отказе в удовлетворении заявленного потерпевшей иска в гражданском процессе.

¶ 58Разрешая спор суды, вопреки ошибочным утверждениям истца, правильно определили предмет и пределы доказывания по делу, на основании исследованных по делу письменных доказательств пришли к выводам об отказе в удовлетворении иска, мотивированно и подробно изложив суждение в оспариваемых судебных актов, правильность которого сомнений у суда кассационной инстанции не вызывает.

¶ 59Доводы заявителя, изложенные в кассационной жалобе, судом кассационной инстанции отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении судами норм права, а сводятся к переоценке имеющихся в деле доказательств, что в силу положений ч. 3 ст. 390 ГПК РФ выходит за пределы полномочий суда кассационной инстанции.

¶ 60Кассационный суд полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями ст. ст. 56 и 67 ГПК РФ.

¶ 61Иное толкование заявителем жалобы положений действующего законодательства, а также отличающаяся от изложенной в судебных постановлениях оценка обстоятельств спора, не свидетельствуют о неправильном применении судами норм права.

¶ 62Принцип правовой определенности предполагает, что стороны не вправе требовать пересмотра вступивших в законную силу судебных постановлений только в целях проведения повторного слушания и получения нового судебного постановления другого содержания, поскольку иной подход приводил бы к несоразмерному ограничению принципа правовой определенности.

¶ 63Применительно к положениям ч. 3 ст. 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации кассационный суд общей юрисдикции не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции, предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими и определять, какое судебное постановление должно быть принято при новом рассмотрении дела. Дополнительные доказательства судом кассационной инстанции не принимаются.

¶ 64Каких-либо иных доводов и обстоятельств, нуждающихся в дополнительной проверке, кассационная жалоба не содержит.

¶ 65Нормы материального права при рассмотрении дела применены правильно, нарушений норм материального права и гражданско-процессуального законодательства, влекущих отмену или изменение решения суда и определения судебной коллегии, не допущено.

¶ 66С учетом изложенного, кассационная инстанция не находит оснований для отмены состоявшихся по делу судебных постановлений и удовлетворения кассационной жалобы.

¶ 67Руководствуясь ст. ст. 379.6, 390, 390.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции

¶ 68определила:

¶ 69решение Пролетарского районного суда г. Твери от 27 ноября 2020 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Тверского областного суда от 10 августа 2021 года оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

¶ 70Председательствующий судья:

¶ 71Судьи: