О признании незаконным решения об отказе в назначении страхового обеспечения, обязаниии назначить страховое обеспечение

Текст определения

¶ 1Дело № 88-42/2020

¶ 2ОПРЕДЕЛЕНИЕ

¶ 321 января 2020 года г. Москва

¶ 4Судебная коллегия по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции в составе:

¶ 5председательствующего: ФИО2,

¶ 6судей: ФИО3, ФИО4,

¶ 7рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-4469/2018 по иску ФИО5 к ГУ – Московское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации о признании незаконным решения об отказе в назначении страхового обеспечения, обязаниии назначить страховое обеспечение

¶ 8по кассационной жалобе представителя ФИО5 – ФИО6 на решение Тверского районного суда города Москвы от 29 октября 2018 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 24 мая 2019 года

¶ 9Заслушав доклад судьи Второго кассационного суда общей юрисдикции ФИО4, объяснения представителя ФИО5 – ФИО6, поддержавшего доводы кассационной жалобы, представителя ГУ – Московское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации – ФИО7, возражавшего против удовлетворения кассационной жалобы с учетом представленных письменных возражений на кассационную жалобу, заключение старшего прокурора 2 отдела управления по обеспечению участия прокуроров в гражданском и арбитражном процессе прокуратуры г. Москвы – ФИО8, полагавшей обжалуемые судебные акты законными и обоснованными

¶ 10Судебная коллегия по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции

¶ 11УСТАНОВИЛА:

¶ 12ФИО5 обратилась в суд с иском (с учетом уточнений) к Государственному учреждению – Московское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации (далее ГУ-МРО ФСС РФ) о признании незаконным отказа в назначении страхового обеспечения от ДД.ММ.ГГГГ, обязать назначить страховое обеспечение с ДД.ММ.ГГГГ в размере 57 871,50 руб., установлении факта нахождения на иждивении.

¶ 13Требования мотивированы тем, что является вдовой ФИО1, который с ДД.ММ.ГГГГ работал в качестве штатного работника на различных должностях на ГСП «Чернобыльская атомная электростанция». ДД.ММ.ГГГГ в должности заместителя начальника турбинного цеха № по эксплуатации 2-й очереди руководил ликвидацией последствий аварии и тушением пожара в машинном зале 4-го энергоблока АЭС, в результате чего получил лучевую болезнь. ФИО1 со стороны работодателя был выдан акт по форме Н-1 № от ДД.ММ.ГГГГ о несчастном случае на производстве. При жизни ФИО1 была установлена вторая группа инвалидности – бессрочно, а также установлена связь инвалидности с аварией на ЧАЭС, степень утраты профессиональной трудоспособности в размере 70%, выплачивалась ежемесячная денежная компенсация в возмещение вреда здоровью в соответствии с положениями закона РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О социальной защите граждан, подвергшихся радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС». 15 марта ФИО1 скончался в результате осложнения профессионального заболевания. ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 обращалась в адрес ГУ-МРО ФСС РФ с заявлениями о назначении страхового обеспечения, однако, полагает, что в их удовлетворении незаконно было отказано. Указывает, что до момента смерти супруга, наступившей ДД.ММ.ГГГГ в связи с профессиональным заболеванием, они проживали совместно, вели общее хозяйство, ежемесячная пенсия ФИО1 являлась составной частью их семейного бюджета. ФИО5 находилась на иждивении своего супруга до момента его смерти, то есть получала от него помощь, которая была для нее постоянным и основным источником средств к существованию, так как она являлась пенсионером, размер пенсии был недостаточен для обеспечения ее всем необходимым. ФИО5 ссылаясь на положения Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», просила установить факт нахождения ее на иждивении супруга ФИО1, признать незаконным отказ в назначении страхового обеспечения, обязать ответчика назначить страховое обеспечение.

¶ 14Решением Тверского районного суда города Москвы от 29 октября 2018 года, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 24 мая 2019 года, ФИО5 в удовлетворении исковых требований отказано.

¶ 15В кассационной жалобе представитель ФИО5 – ФИО6, просит отменить состоявшиеся судебные акты, ссылаясь на допущенные судом первой и второй инстанций нарушения норм материального и процессуального права, неверную оценку юридически значимых обстоятельств.

¶ 16В судебное заседание суда кассационной инстанции ФИО5, надлежащим образом извещенная о времени и месте рассмотрения жалобы не явилась, представила письменное заявление о рассмотрении кассационной жалобы в ее отсутствие, с участием ее представителя ФИО6

¶ 17Согласно ст. 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

¶ 18В силу п.1 ч. 1 ст. 390 ГПК РФ по результатам рассмотрения кассационных жалобы, представления кассационный суд общей юрисдикции вправе оставить постановления судов первой и (или) апелляционной инстанции без изменения, а кассационные жалобу, представление без удовлетворения.

¶ 19Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы и возражений на нее, проверив по правилам ст. 379.6 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов, содержащихся в кассационной жалобе, законность судебных постановлений, принятых судами первой и апелляционной инстанций, Судебная коллегия по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции не находит оснований для удовлетворения жалобы и отмены судебных постановлений.

¶ 20Как установлено судами нижестоящих инстанций и следует из материалов дела, ФИО5 является вдовой ФИО1, умершего 15 марта 2017 года от заболевания, полученного при исполнении обязанностей на производстве в 1986 году при ликвидации последствий катастрофы на Чернобыльской АЭС.

¶ 21Согласно акту формы Н-1 от 26 сентября 1986 года о несчастном случае на производстве, ФИО1 участвовал в ликвидации послледствий ядерной аварии на Чернобыльской АЭС и получил заболевание – острую лучевую болезнь 2ст. в результате воздействия ионизирующего излучения.

¶ 22Территориальным отраслевым исполнительным органом государственной власти – ГУ Московское региональное отделение Фонда социального страхования РФ ФИО1 при жизни производились выплаты ежемесячной денежной компенсации в счет возмещения вреда здоровью и ежемесячной денежной компенсации на приобретение продовольственных товаров на основании Закона Российской Федерации от 15 мая 1991 г. N 1244-1 «О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС».

¶ 23Согласно решению Федерального межведомственного экспертного совета ФГБУ ГНЦ ФМБЦ им. ФИО9 ФМБА России от 28 июня 2017 года установлена причинная связь смерти ФИО1 с воздействием радиационного фактора в результате аварии на ЧАЭС в 1986 году.

¶ 24ФИО5 является инвалидом III группы.

¶ 25Судом также установлено, что 20 апреля 2018 года ФИО5 обратилась в ГУ Московское региональное отделение Фонда социального страхования РФ с заявлением о назначении ей ежемесячных страховых выплат по потере кормильца в связи со смертью ее супруга 15 марта 2017 года ФИО1 на основании положений Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний». Также указав, что ее супруг не успел реализовать свое право на возмещение причиненного его здоровью вреда при жизни на основании указанного Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 125-ФЗ, поскольку обратившись с данным заявлением 10 марта 2017 года в адрес ответчика, до получения ответа скончался.

¶ 26Письмом заместителя управляющего ГУ – Московское региональное отделение Фонда социального страхования РФ ФИО1 отказано в назначении ежемесячной денежной страховой выплаты в связи с потерей кормильца со ссылкой на то, что социальная поддержка оказывается в соответствии с Закон Российской Федерации от 15 мая 1991 г. N 1244-1 «О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС», оснований для назначения ежемесячных страховых выплат по потере кормильца на основании положений Федерального закона от 24.07.1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» не имеется.

¶ 27В ответе также было указано, что при жизни ФИО1 выплаты в счет возмещения вреда здоровью производились в соответствии с Законом Российской Федерации от 15.05.1991 г. № 1244-1 «О социальной защите граждан, подвергшихся радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС».

¶ 28В соответствии с абзацем 2 пункта 15 части 1 статьи 14 Закона Российской Федерации от 15 мая 1991 г. N 1244-1 «О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС» в случае смерти граждан, ставших инвалидами вследствие чернобыльской катастрофы, право на ежемесячную денежную компенсацию, предусмотренную пунктом 15 части 1 настоящей статьи, распространяется на нетрудоспособных членов семьи, находившихся на иждивении указанных граждан. Размер компенсации, приходящейся на всех иждивенцев, определяется как разность между всем размером ежемесячной денежной компенсации и частью, приходившейся на самого кормильца. Для определения размера компенсации, приходящейся на каждого иждивенца, имеющего данное право, размер компенсации, приходящейся на всех указанных иждивенцев, делится на их число.

¶ 29Закон Российской Федерации от 15 мая 1991 г. N 1244-1 не содержит определения понятий «иждивение» и «нетрудоспособный член семьи». Они раскрываются в других федеральных законах, использование которых для уяснения смысла этих понятий является общим правилом. В данном случае, как указал Конституционный Суд Российской Федерации, подлежат применению соответствующие положения статьи 7 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» (пункт п. 6.1 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 19 июня 2002 г. N 11-П).

¶ 30В соответствии с абзацем 2 пункта 2 статьи 7 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» право на получение страховых выплат в случае смерти застрахованного в результате наступления страхового случая имеют нетрудоспособные лица, состоявшие на иждивении умершего или имевшие ко дню его смерти право на получение от него содержания.

¶ 31В пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 г. N 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» разъяснено, что нетрудоспособными в отношении права на получение возмещения вреда в случае смерти кормильца являются инвалиды I, II или III группы.

¶ 32Понятия «иждивение» и «нетрудоспособный член семьи умершего кормильца» также содержались в Федеральном законе от 17 декабря 2001 г. N 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», действовавшем до 1 января 2015 г.

¶ 33Согласно статье 9 Федерального закона от 17 декабря 2001 г. N 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» право на трудовую пенсию по случаю потери кормильца имеют нетрудоспособные члены семьи умершего кормильца, состоявшие на его иждивении (за исключением лиц, совершивших умышленное уголовно наказуемое деяние, повлекшее за собой смерть кормильца и установленное в судебном порядке).

¶ 34Нетрудоспособными членами семьи умершего кормильца признаются, в том числе дети, умершего кормильца старше 23-летнего возраста, если они до достижения возраста 18 лет стали инвалидами (пункт 2 статьи 9 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 173-ФЗ).

¶ 35Члены семьи умершего кормильца признаются состоявшими на его иждивении, если они находились на его полном содержании или получали от него помощь, которая была для них постоянным и основным источником средств к существованию (пункт 3 статьи 9 Федерального закона от 17 декабря 2001 г. N 173-ФЗ).

¶ 36Аналогичное определение понятий «иждивение» и «нетрудоспособный член семьи умершего кормильца» содержится в статье 10 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ «О страховых пенсиях», вступившего в силу с 1 января 2015 г.Согласно преамбуле Федерального закона от 24.07.1998 г. 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» данный Закон устанавливает в Российской Федерации правовые, экономические и организационные основы обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний и определяет порядок возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных настоящим Федеральным законом случаях.

¶ 37В соответствии со ст. 3 названного Закона профессиональное заболевание - хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредного (вредных) производственного (производственных) фактора (факторов) и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособностии (или) его смерть.

¶ 38Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, закрепленной в п. 5.2 Постановления от 19.06.2002 г. № 11-П, установленная действующим законодательством ежемесячная периодичность денежных выплат гражданам, пострадавшим от чернобыльской катастрофы, не означает, что данные выплаты относятся к обязательным социальным выплатам в рамках социального обеспечения (статьи 7 и 39 Конституции Российской Федерации).

¶ 39Денежные компенсации гражданам, пострадавшим вследствие чернобыльской катастрофы, отличаются от социальных выплат на основе обязательного социального страхования, поскольку их предоставление является конституционной обязанностью государства по возмещению вреда, причиненного здоровью таких граждан, что не может быть обусловлено какими-либо сборами, взносами в тот или иной фонд и не основывается на действии принципа солидарности поколений (как это характерно для обязательного социального страхования). Указанная конституционная обязанность государства, имеющая публично-правовой характер, не тождественна обязанности работодателя возмещать своему работнику вред, причиненный при исполнении трудовых обязанностей.

¶ 40Впервые право на получение денежных компенсаций по возмещению вреда здоровью вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС было закреплено в пункте 25 статьи 14 Закона Российской Федерации от 15 мая 1991 г. N 1244-1 в редакции Федерального закона от 24 ноября 1995 г. N 179-ФЗ, введенной в действие со 2 марта 1996 г.

¶ 41Названная норма Закона сама по себе только устанавливала право граждан на компенсации, а в части определения размеров возмещения вреда, причиненного здоровью в связи с радиационным воздействием вследствие чернобыльской катастрофы либо с выполнением работ по ликвидации последствий катастрофы на Чернобыльской АЭС, отсылала к законодательству Российской Федерации для случаев возмещения вреда, связанного с производством, то есть к Правилам возмещения работодателями вреда, причиненного работникам увечьем, профессиональным заболеванием либо иным повреждением здоровья, связанными с исполнением ими трудовых обязанностей, утвержденным постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 24 декабря 1992 г. (в редакции Федерального закона от 24 ноября 1995 г. N 180-ФЗ).

¶ 42Пункт 25 статьи 14 Закона Российской Федерации от 15 мая 1991 г. N 1244-1 (в редакции Федерального закона от 24 ноября 1995 г. N 179-ФЗ) допускал возможность исчисления возмещения вреда из условного месячного заработка, если период работы в зоне отчуждения составлял менее одного полного календарного месяца.

¶ 43Федеральным законом от 12 февраля 2001 г. N 5-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Закон Российской Федерации «О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС», введенным в действие с 15 февраля 2001 г., в названный Закон были внесены изменения и дополнения, в соответствии с которыми пункт 25 статьи 14 изложен в новой редакции, предусматривающей назначение возмещения вреда исключительно в твердой сумме в зависимости от группы инвалидности без учета какого-либо заработка.

¶ 44Статья 14 Закона Российской Федерации от 15 мая 1991 г. N 1244-1 была дополнена частью второй следующего содержания: «В случае смерти граждан, ставших инвалидами вследствие чернобыльской катастрофы, право на ежемесячную денежную компенсацию, предусмотренную пунктом 25 части первой настоящей статьи, распространяется на нетрудоспособных членов семьи, находившихся на иждивении указанных граждан. Размер компенсации, приходящейся на всех иждивенцев, определяется как разность между всем размером ежемесячной денежной компенсации и частью, приходившейся на самого кормильца. Для определения размера компенсации, приходящейся на каждого иждивенца, имеющего данное право, размер компенсации, приходящейся на всех указанных иждивенцев, делится на их число».

¶ 45В 2004 году была изменена редакция статьи 14 Закона Российской Федерации от 15 мая 1991 г. N 1244-1, эта норма была изложена в новой редакции вступившим в силу с 1 января 2005 г. Федеральным законом от 22 августа 2004 г. N 122-ФЗ «О внесении изменений в законодательные акты Российской Федерации и признании утратившими силу некоторых законодательных актов Российской Федерации в связи с принятием Федеральных законов «О внесении изменений и дополнений в Федеральный закон «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации» и «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» (пункт 8 статьи 3).

¶ 46В новой редакции статьи 14 Закона Российской Федерации от 15 мая 1991 г. N 1244-1 пункт 25 отсутствует, а нормативные положения, аналогичные изложенным в приведенном выше пункте 25 статьи 14 названного закона в редакции Федерального закона от 12 февраля 2001 г. N 5-ФЗ, содержатся в пункте 15 этой же статьи.

¶ 47Из содержания пункта 15 части 1 статьи 14 Закона Российской Федерации от 15 мая 1991 г. N 1244-1 следует, что нетрудоспособные иждивенцы умершего инвалида имеют право после 15 февраля 2001 г. только на ежемесячную компенсацию, которая предусмотрена действующей после 15 февраля 2001 г. редакцией пункта 25 части первой статьи 14 названного Закона, а с 1 января 2005 г. на основании Федерального закона от 22 августа 2004 г. N 122-ФЗ - редакцией пункта 15 статьи 14 указанного Закона, предусматривающего выплату компенсации в твердой денежной сумме.

¶ 48Следовательно, размер компенсации члену семьи инвалида, умершего после вступления в силу Федерального закона от 12 февраля 2001 г. N 5-ФЗ, может быть определен только исходя из твердой денежной суммы, предусмотренной в настоящее время пунктом 15 части первой статьи 14 Закона Российской Федерации от 15 мая 1991 г. N 1244-1.

¶ 49В силу ст. 3 Закона РФ от 15.05.1991 г. № 1244-1 «О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС» если гражданин имеет право на возмещение вреда и меры социальной поддержки по настоящему Закону и одновременно на такое же возмещение вреда и меры социальной поддержки по иному нормативному правовому акту, возмещение вреда и меры социальной поддержки независимо от основания, по которому они устанавливаются, предоставляются либо по настоящему Закону, либо по иному нормативному правовому акту по выбору гражданина, если законодательством Российской Федерации не предусмотрено иное.

¶ 50Государственная политика в области социальной поддержки граждан РФ, оказавшихся в зоне влияния неблагоприятных факторов, возникших в вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС 26 апреля 1986 года, либо принимавших участие в ликвидации последствий этой катастрофы, и защита их прав и интересов регулируется указанным Законом РФ от 15.05.1991г. № 1244-1.

¶ 51Разрешая данный спор, суды первой и апелляционной инстанций, руководствуясь вышеуказанными положениями действующего законодательства, регулирующими спорные правоотношения, принимая во внимание вышеустановленные обстоятельства, пришли к обоснованному выводу об отказе в удовлетворении заявленных требований. При этом суды правомерно исходили из отсутствия у ответчика обязанности для назначения и выплате ФИО5 ежемесячной страховой выплаты в связи с потерей кормильца в соответствии с положениями Федерального закона от 24.07.1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний». При жизни ФИО1 в соответствии с требованиями Закона Российской Федерации от 15.05.1991 г. № 1244-1 «О социальной защите граждан, подвергшихся радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС» были назначены и выплачивались ежемесячные денежные компенсации в возмещение вреда здоровью, размер которых превышал максимальный размер ежемесячной страховой выплаты, установленный ст. 12 Федерального закона от 24.07.1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», страховое обеспечение в счет возмещения вреда здоровью в результате несчастного случая на производстве в соответствии с Федеральным законом от 24.07.1998 г. № 125-ФЗ ФИО5 не назначалось.

¶ 52При этом требований ФИО5 о признании за ней право на получение ежемесячной денежной компенсации по потере кормильца в соответствии с пунктом 15 части 1 статьи 14 Закона Российской Федерации от 15 мая 1991 г. N 1244-1 «О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС» не заявлялось.

¶ 53Учитывая, что ФИО5 обращаясь в суд с заявлением в том числе и об установлении факта нахождения на иждивении супруга ФИО1, ссылалась на то, что установление данного факта необходимо для назначения ей ежемесячного страхового возмещения в соответствии с нормами Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», обоснованно отказано было в удовлетворении данного заявления, с учетом отсутствия у стороны ответчика обязанности для назначения и выплате ФИО5 ежемесячной страховой выплаты в связи с потерей кормильца в соответствии с положениями указанного закона.

¶ 54Выводы судов в обжалуемых судебных постановлениях обоснованы, мотивированы со ссылкой на представленные доказательства, нормы материального права, регулирующие спорные правоотношения. Полученные судами сведения об обстоятельствах, имеющих значение для дела, оценены судами в их совокупности по правилам ст. 67 ГПК РФ, признаны достаточными и достоверными.

¶ 55Доводы кассационной жалобы о том, что ФИО1 при жизни имел право на получение возмещения причинённого его здоровью вреда на основании двух законов, как в соответствии с положениями Закона РФ № 1244-1 «О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС», так и в соответствии с положениями ФЗ от 24.07.1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», таким образом, право ФИО5 на получение страховых выплат в связи с потерей кормильца зависит от права ФИО1 на получение компенсации вреда здоровью и ее положения нетрудоспособного иждивенца, что не может влечь за собой лишения права на выбор получаемой выплаты, не принимаются и не служат основанием для оспаривания судебных постановлений.

¶ 56Как верно указано судами при рассмотрении спора, двойное возмещение по одному и тому же основанию действующим законодательством не предусмотрено. При жизни ФИО1 реализовал свое право на возмещение вреда здоровью, причиненного в результате аварии на Чернобыльской АЭС в рамках Закона РФ от 15.05.1991 года № 1244-1 «О социальной защите граждан, подвергшихся радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС», которое до дня смерти не оспаривалось и не изменялось.

¶ 57Другие доводы кассационной жалобы также не могут быть признаны основанием для отмены обжалуемых судебных постановлений в кассационном порядке, поскольку не свидетельствуют о нарушении судами первой и апелляционной инстанций норм материального или процессуального права, основаны на неправильном толковании норм материального права и направлены на иную оценку доказательств по делу.

¶ 58Следует отметить также, что одним из принципов верховенства права является принцип правовой определённости, который предусматривает недопустимость пересмотра окончательного решения суда исключительно в целях проведения повторного слушания по делу и постановления нового решения.

¶ 59С учётом изложенного кассационная инстанция не находит оснований для отмены обжалуемых судебных актов и удовлетворения кассационной жалобы.

¶ 60Руководствуясь статьями 379.6, 390, 390.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Судебная коллегия по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции

¶ 61ОПРЕДЕЛИЛА:

¶ 62решение Тверского районного суда города Москвы от 29 октября 2018 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 24 мая 2019 года оставить без изменения, кассационную жалобу представителя ФИО5 – ФИО6 - без удовлетворения.

¶ 63Председательствующий

¶ 64Судьи