О выделе супружеской доли, признании недействительным свидетельства о праве на наследство по закону

Текст определения

¶ 1КОПИЯ

¶ 2I инстанция – ФИО17

¶ 3II инстанция – ФИО18, ФИО19, ФИО20 (докладчик)

¶ 4Дело № 88-5353/2021

¶ 5ОПРЕДЕЛЕНИЕ

¶ 627 апреля 2021 г. город Москва

¶ 7Судебная коллегия по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции в составе председательствующего ФИО21, судей ФИО22, ФИО23

¶ 8рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО15 к ФИО16 о выделе супружеской доли, признании недействительным свидетельства о праве на наследство по закону (номер дела, присвоенный в суде первой инстанции, 2

¶ 91816/2020)

¶ 10по кассационной жалобе ФИО16 на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 10 декабря 2020 г.

¶ 11Заслушав доклад судьи судебной коллегии по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции ФИО23,

¶ 12объяснения ответчика ФИО16, поддержавшего доводы кассационной жалобы, объяснения представителя истца по доверенности – адвоката ФИО9, возражавшего против удовлетворения кассационной жалобы,

¶ 13установила:

¶ 14ФИО15 обратилась в суд с иском к ФИО16 о выделе супружеской доли в наследственном имуществе, признании недействительным свидетельства о праве на наследство по закону.

¶ 15Иск мотивирован тем, что в период брака по договору купли-продажи с рассрочкой платежа от 2 февраля 2007 г. супруги ФИО15 и ФИО14 по программе «Молодой семье – доступное жилье» приобрели в общую долевую собственность квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, их доли были определены по 1/3 доли каждому, собственником оставшейся 1/3 доли является сын истца ФИО11

¶ 16В иске указано, что после расторжения брака решением мирового судьи от ДД.ММ.ГГГГ и до дня смерти ФИО10, наступившей ДД.ММ.ГГГГ, ФИО15 самостоятельно исполнила обязательства по договору купли-продажи от 2 февраля 2007 г., погасив 23 сентября 2012 г. оставшуюся задолженность в размере 414562,14 руб., а также несла расходы по содержанию указанной квартиры. После смерти ФИО10 его отец ФИО16 обратился к нотариусу с заявлением о принятии наследства, ему было выдано свидетельство о праве на наследство по закону, на основании которого у ответчика возникло право собственности на 1/3 доли в спорной квартире.

¶ 17ФИО15 полагала, что половина от принадлежавшей ФИО10 1/3 доли в праве общей долевой собственности на указанную квартиру подлежит исключению из состава наследства после его смерти, так как в силу статьи 256 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ) является ее супружеской долей в общем совместно нажитом имуществе супругов.

¶ 18В этой связи, истец просила суд: признать за ней право право собственности на 1/6 долю в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>; признать недействительным свидетельство о праве на наследство по закону, выданное ответчику 7 ноября 2017 г. на 1/3 долю в праве общей долевой собственности на указанную квартиру.

¶ 19Решением Бутырского районного суда города Москвы от 13 июля 2020 г. в удовлетворении иска отказано.

¶ 20Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 10 декабря 2020 г. решение суда отменено, по делу принято новое решение об удовлетворении иска. За ФИО15 признано право собственности на 1/6 супружескую долю в праве собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>; признано недействительным свидетельство о праве на наследство по закону, выданное нотариусом 7 ноября 2017 г. ФИО16 на 1/3 долю в праве собственности на указанную квартиру.

¶ 21В кассационной жалобе, поступившей вместе с гражданским делом во Второй кассационный суд общей юрисдикции 22 января 2021 г. до истечения срока ее подачи, ФИО16 просил отменить апелляционное определение в связи с неправильным применением норм материального права, оставить в силе решение суда первой инстанции.

¶ 22Заслушав явившихся участников процесса, проверив материалы дела в пределах доводов кассационной жалобы и возражений на нее, судебная коллегия находит, что имеются предусмотренные законом основания для удовлетворения жалобы и отмены состоявшегося по делу апелляционного определения с оставлением в силе решения суда.

¶ 23Согласно статье 379.7 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

¶ 24При рассмотрении настоящего дела судом апелляционной инстанций были допущены такого рода существенные нарушения норм материального права и выразились в следующем.

¶ 25Судами бесспорно установлено, что ФИО10 и ФИО15 состояли в браке в период с 11 марта 2006 г. по 13 июня 2012 г.

¶ 26В период брака по договору купли-продажи с рассрочкой платежа от 2 февраля 2007 г. супруги ФИО15 и ФИО10 по программе «Молодой семье – доступное жилье» приобрели в общую долевую собственность квартиру, расположенную по адресу: <адрес>. В этом договоре их доли были определены по 1/3 доли каждому, собственником оставшейся 1/3 доли указан сын истца ФИО12, 2001 года рождения.

¶ 27Сведения о государственной регистрации права собственности ФИО10 на 1/3 долю в праве собственности на указанную квартиру внесены в ЕГРН 13 декабря 2013 г.

¶ 28После смерти ФИО10, наступившей ДД.ММ.ГГГГ, его отцу ФИО16 нотариусом выдано свидетельство о праве на наследство по закону от 7 ноября 2017 г., на основании которого в ЕГРН 10 ноября 2017 г. внесены сведения о государственной регистрации права собственности ответчика на 1/3 доли в праве общей долевой собственности на квартиру.

¶ 29Разрешая спор, суд первой инстанции руководствовался статьями 8, 195, 199, 200, 201, 218, 244, 245, 256, 309, 310, 450, 1111, 1112, 1113, 1142, 1150 ГК РФ, статьями 33, 34, 36, 38, 39 СК РФ с учетом разъяснений пункта 33 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», пункта 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 г. № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», и исходил из того, что законный режим имущества супругов, установленный главой 7 СК РФ, статьей 256 ГК РФ может быть изменен супругами как в период брака, так и после его расторжения.

¶ 30Основанием для отказа в удовлетворении иска послужили выводы районного суда о том, что спорная квартира изначально была приобретена ФИО10 и ФИО15 по договору купли-продажи от 2 февраля 2007 г. в общую долевую собственность супругов и сына истца, соответственно у каждого из них возникло право личной собственности на 1/3 долю в праве общей долевой собственности на квартиру, и эти доли не являлись общим совместным имуществом супругов и не подлежали разделу между супругами в порядке статей 34, 38 СК РФ. Суд признал правомерными действия нотариуса по включению в состав наследства после смерти ФИО10 1/3 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, принадлежавшей наследодателю на день его смерти на праве личной собственности, и по выдаче свидетельства о праве на наследство по закону на этот объект недвижимого имущества его отцу ФИО16 как единственному наследнику по закону, принявшему наследство.

¶ 31Суд первой инстанции применил в качестве самостоятельного основания для отказа в удовлетворении иска пункт 2 статьи 199 ГК РФ, признав обоснованным заявление ответчика о пропуске истцом трехлетнего срока исковой давности при обращении в суд с настоящим иском 23 декабря 2019 г., который суд исчислял с момента получения ФИО15 свидетельства о государственной регистрации права от 20 января 2014 г.

¶ 32Отменяя решение суда, судебная коллегия по гражданским делам Московского городского суда признала указанные выводы основанными на неверном применении норм статей 199, 200, 218, 256, 1112, 1141, 1142, 1150, 1155 ГК РФ, статей 34, 38, 39 СК РФ без учета разъяснений пункта 33 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», пункта 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 6 ноября 1998 г. № 15 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака».

¶ 33Основанием для принятия по делу нового решения об удовлетворении иска, послужили выводы суда апелляционной инстанции о том, что 1/3 доля в праве собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, является совместно нажитым имуществом бывших супругов и подлежит включению в состав наследства после смерти ФИО10 за вычетом супружеской доли его бывшей супруги ФИО15, составляющей половину в указанной доле, то есть 1/6 долю в праве общей долевой собственности на квартиру. При этом, судебная коллегия по гражданским делам Московского городского суда исходила из отсутствия в деле доказательств приобретения ФИО10 указанной доли в праве собственности на квартиру за счет его личных средств. Суд апелляционной инстанции также пришел к выводу о том, что ФИО15 не был пропущен срок исковой давности при обращении в суд с настоящим иском, так как о нарушении своих прав участника общей совместной собственности супругов на спорную долю в квартире она узнала, только после открытия наследства 22 апреля 2017 г., когда ФИО16 отказался выплатить ей денежную компенсацию 1/6 доли в праве собственности на квартиру.

¶ 34Судебная коллегия не может согласиться с такими выводами суда апелляционной инстанции, так как они основаны на неверном применении норм материального права, регулирующих спорные правоотношения, и повлекли принятие по делу неверного решения по существу спора.

¶ 35Согласно пункту 1 статьи 1112 ГК РФ в состав наследства входят принадлежащие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

¶ 36В силу статьи 1150 ГК РФ принадлежащее пережившему супругу наследодателя в силу завещания или закона право наследования не умаляет его права на часть имущества, нажитого во время брака с наследодателем и являющегося их совместной собственностью. Доля умершего супруга в этом имуществе, определяемая в соответствии со статьей 256 ГК РФ, входит в состав наследства и переходит к наследникам в соответствии с правилами, установленными данным Кодексом.

¶ 37Статьей 256 ГК РФ предусмотрено, что имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, если договором между ними не установлен иной режим этого имущества.

¶ 38Из разъяснений, приведенных в пункте 33 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» следует, что в состав наследства, открывшегося со смертью наследодателя, состоявшего в браке, включается его имущество (пункт 2 статьи 256 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 36 Семейного кодекса Российской Федерации), а также его доля в имуществе супругов, нажитом ими во время брака, независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства, если брачным договором не установлено иное (пункт 1 статьи 256 ГК РФ, статьи 33, 34 СК РФ).

¶ 39Поскольку на день смерти ФИО10, наступившей 22 апреля 2017 г., он не состоял в браке со ФИО15, в настоящем деле не имелось оснований для применения положений статьи 1150 ГК РФ и разъяснения пункта 33 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. № 9 «О судебной практике по делам о наследовании».

¶ 40С учетом предмета и оснований иска и возражений на него к юридически значимым обстоятельствам настоящего дела относился вопрос об определении правового режима спорного недвижимого имущества на день открытия наследства, то есть установление обстоятельств, позволяющих отнести 1/3 долю в праве общей долевой собственности на квартиру к общему имуществу бывших супругов или к личной собственности ФИО10

¶ 41Суд первой инстанции в соответствии с требованиями статьи 431 ГК РФ дал верное буквальное толкование условиям договора купли-продажи квартиры от 2 февраля 2007 г., на основании которого у ФИО10 и ФИО15 возникло право собственности на 1/3 долю у каждого в праве общей долевой собственности на трехкомнатную квартиру, расположенную по адресу: <адрес>.

¶ 42Установленным обстоятельствам дела полностью соответствует вывод суда первой инстанции о том, что этим договором бывшие супруги ФИО15 и ФИО10 по общему соглашению между ними изменили предусмотренный статьей 256 ГК РФ и главой 7 СК РФ законный режим общей совместной собственности супругов на приобретаемое в браке недвижимое имущество, определив свои доли в праве общей долевой собственности на квартиру.

¶ 43Поскольку уже в момент приобретения квартиры в 2007 г. супругами был установлен договорный режим долевой собственности на нее, при котором в личную собственность ФИО15 и ФИО10 были выделены равные доли – по 1/3 доле в праве общей долевой собственности на квартиру, суд перовой инстанции правомерно не усмотрел оснований для применения к указанным долям режима общей совместной собственности супругов и выделения из состава наследства после смерти ФИО10 супружеской доли ФИО15

¶ 44Не соглашаясь с указанными выводами районного суда, суд апелляционной инстанции неверно применил нормы гражданского и семейного законодательства Российской Федерации, и необоснованно оставил без внимания то обстоятельство, что государственная регистрация права собственности ФИО10 на 1/3 долю в праве общей долевой собственности на квартиру была произведена 13 декабря 2013 г., то есть после расторжения брака со ФИО15 В тот же день зарегистрировано право собственности истца на 1/3 долю в праве собственности на ту же квартиру.

¶ 45Таким образом, и после расторжения брака бывшие супруги подтвердили изменение ими в договорном порядке режима общей совместной собственности на причитающиеся им в спорной квартире 2/3 доли в праве общей долевой собственности на нее.

¶ 46Из дела также следует, что после расторжения брака с ФИО10 в июне 2012 г. и до дня его смерти 22 апреля 2017 г. ФИО15 не обращалась к бывшему супругу с требованиями о разделе в качестве общего совместно нажитого имущества принадлежащей ему 1/3 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, несмотря на наличие в ЕГРН соответствующих сведений с декабря 2013 г., а также на личное погашение ею в сентябре 2012 г. всей задолженности по оплате квартиры по договору купли-продажи от 2 февраля 2007 г.

¶ 47В силу пункта 1 статьи 196, пункту 1 статьи 200 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года и исчисляется со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

¶ 48Из разъяснений пункта 57 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29 апреля 2010 г. «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» следует, что течение срока исковой давности по искам, направленным на оспаривание зарегистрированного права, начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о соответствующей записи в ЕГРП. При этом сама по себе запись в ЕГРП о праве или обременении недвижимого имущества не означает, что со дня ее внесения в ЕГРП лицо знало или должно было знать о нарушении права.

¶ 49Вывод суда апелляционной инстанции о необходимости исчисления срока исковой давности по настоящим исковым требованиям ФИО15 со дня смерти ее бывшего супруга ФИО10 противоречит приведенным нормам материального права и разъяснениям по их применению.

¶ 50Суд первой инстанции, напротив, верно определил момент начала течения срока исковой давности со дня получения ФИО15 20 января 2014 г. свидетельства о государственной регистрации ее права собственности на 1/3 долю в праве общей долевой собственности на квартиру, в котором были указаны сведения об иных участниках общей долевой собственности и размере их долей в общем имуществе, в том числе о внесении в ЕГРН 13 декабря 2013 г. сведений о государственной регистрации права собственности ФИО10 на 1/3 долю в праве собственности на ту же квартиру, поскольку именно в этот день ФИО15 должна была узнать о нарушении ее бывшим супругом ее права на передачу ей в собственность половины от принадлежащей ему 1/3 доли в праве общей долевой собственности на квартиру.

¶ 51При таких обстоятельствах, не вызывает сомнений правильность вывода суда первой инстанции о пропуске истцом трехлетнего срока исковой давности при обращении в суд с настоящим иском 23 декабря 2019 г., и необходимости применения по заявлению ответчика пункта 2 статьи 199 ГК РФ в качестве самостоятельного основания для отказа в удовлетворении иска.

¶ 52Районным судом обоснованно были приняты во внимание разъяснения пункта 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 г. № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», из которых следует, что по смыслу статьи 201 ГК РФ переход прав в порядке универсального правопреемства (наследование) не влияет на начало течения срока исковой давности и порядок его исчисления.

¶ 53Поскольку судом апелляционной инстанции были допущены ошибки в применении норм материального права, в то время как судом первой инстанции верно определены и установлены обстоятельства, имеющие значение для дела на основании объективной и всесторонней оценки всей совокупности представленных по делу доказательств, сделаны выводы, соответствующие этим обстоятельствам дела, основанные на верном применении норм материального права, суд кассационной инстанции полагает необходимым отменить апелляционное определение, оставив в силе решение суда первой инстанции, которым спор разрешен верно.

¶ 54На основании изложенного, руководствуясь статьями 379.7, 390, 390.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции

¶ 55определила:

¶ 56апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 10 декабря 2020 г. отменить, решение Бутырского районного суда города Москвы от 13 июля 2020 г. оставить в силе.

¶ 57Председательствующий подпись

¶ 58Судьи подписи