О взыскании денежных средств

Текст определения

¶ 1I инстанция – ФИО15

¶ 2II инстанция – ФИО16(докладчик), ФИО17, ФИО18 Дело № 88-706/2019

¶ 3ОПРЕДЕЛЕНИЕ

¶ 419 ноября 2019 года город Москва

¶ 5Судебная коллегия по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции в составе

¶ 6председательствующего ФИО19,

¶ 7судей ФИО20, ФИО21,

¶ 8рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании денежных средств (номер дела, присвоенный судом первой инстанции 2-1331/2018)

¶ 9по кассационной жалобе ФИО2 на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 22 августа 2019 года.

¶ 10Заслушав доклад судьи судебной коллегии по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции ФИО20, объяснения ФИО2 и его представителей по ордеру адвокатов ФИО9 и ФИО10, поддержавших доводы кассационной жалобы,

¶ 11установила:

¶ 12ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2, просил суд взыскать с ответчика оплаченные истцом денежные средства в размере 17 248 000 руб., проценты за пользование денежными средствами за период с 1 апреля 2015 года по 30 января 2018 года в размере 5 869 045,48 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 27 декабря 2017 года по 30 января 2018 года в размере 129 958,89 руб.

¶ 13Исковые требования мотивированы тем, что 31 марта 2015 года между сторонами заключено соглашение, в соответствии с которым ФИО2 обязуется уступить ФИО1 40% акций/долей в уставных капиталах предприятий в срок до 20 сентября 2015 года, а ФИО1 обязуется передать ФИО2 безвозмездно денежные средства в размере 90 000 000 руб. в срок до 20 ноября 2015 года. Согласно п. 1.1 указанного соглашения стороны согласовали неравноценность обмениваемого имущества, ФИО2 гарантирует ФИО1 эффективность инвестиций не менее 12 % в год. 31 марта 2015 года ФИО1 по акту передачи N 1 передал ФИО2 денежные средства в размере 280 000 долларов США, что по текущему курсу составляло 17 248 000 руб., однако, ответчик в нарушение соглашения не исполнил обязанность передать 40% принадлежащих ему акций/долей в уставных капиталах предприятий, в связи с чем ФИО1 приостановил исполнение своих обязательств по соглашению, которое расценивал как договор мены, в части передачи оставшейся суммы в размере 72 752 000 руб. Вместе с тем, истец квалифицировал заключенное сторонами соглашение как смешанный договор, содержащий элементы купли-продажи и займа, и 25 декабря 2017 года направил ФИО2 претензию, в которой указал на существенное нарушение последним условий соглашения, в связи с чем отказался от исполнения соглашения и потребовал вернуть деньги с уплатой процентов. Указанное требование ответчиком удовлетворено не было.

¶ 14Решением Хорошевского районного суда города Москвы от 12 октября 2018 года иск удовлетворен частично, с ФИО2 в пользу ФИО1 взыскана задолженность по договору в размере 17 248 000 руб., проценты - 204 140,71 руб., проценты за пользование денежными средствами - 40 284,71 руб., расходы по оплате государственной пошлины - 60 000 руб., расходы по оплате услуг представителя - 50 000 руб. В пользу ФГКУ «111 Главный государственный центр судебно-медицинских и криминалистических экспертиз» Министерства обороны Российской Федерации взысканы расходы на оплату судебной экспертизы с ФИО2 в размере 11 287,50 руб., с ФИО1 в размере 3 712,50 руб. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано.

¶ 15Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 8 февраля 2019 года решение Хорошевского районного суда города Москвы от 12 октября 2018 года отменено, постановлено новое решение, которым в удовлетворении иска отказано.

¶ 16Постановлением президиума Московского областного суда от 9 июля 2019 года апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 8 февраля 2019 года отменено и дело направлено на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции в ином составе суда.

¶ 17Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 22 августа 2019 года решение Хорошевского районного суда города Москвы от 12 октября 2018 года отменено, по делу принято новое решение, которым исковые требования ФИО1 удовлетворены частично, с ФИО2 в пользу ФИО1 взысканы денежные средства в сумме 17 248 000 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 129 516,30 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 60 000 руб. В остальной части иска отказано. В пользу ФГКУ «111 Главный государственный центр судебно-медицинских и криминалистических экспертиз» Министерства обороны Российской Федерации взысканы расходы на оплату судебной экспертизы с ФИО2 в размере 11 205 руб., с ФИО1 в размере 3 795 руб.

¶ 18ФИО2 подана кассационная жалоба, в которой ставится вопрос об отмене апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 22 августа 2019 года, как незаконного, принятии по делу нового решения об отказе в удовлетворении иска.

¶ 19Проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в кассационной жалобе, судебная коллегия находит жалобу не подлежащей удовлетворению по следующим основаниям.

¶ 20В соответствии с ч. 1 ст. 379.7 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права (ч. 2 ст. 379.7 ГПК РФ) или норм процессуального права (ч. 3 ст. 379.7 ГПК РФ).

¶ 21Таких нарушений при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции допущено не было.

¶ 22Как установлено судом первой инстанции, между ФИО2 и ФИО1 было заключено соглашение, датированное 31 марта 2015 года, предметом которого являлся обмен активами сторон, при этом ФИО2 гарантировал ФИО1 эффективность инвестиций не менее 12% в год. Под активами стороны понимали принадлежащие им акции/доли в юридических лицах и денежные средства в наличной или безналичной форме, а реализуемый соглашением проект означал обмен активами в форме передачи ФИО2 ФИО1 40% акций/долей юридических лиц, указанных в соглашении (ПАО «ИТП «Ворга», ООО «Ворга Стеклокомпозит»), из которых 20% передавались безвозмездно, а 20% обменивались на 90 000 000 руб., признаваемые инвестициями в вышеуказанные активы.

¶ 23Пунктами 3.1 - 3.1.2 соглашения предусмотрено, что ФИО2 обязался безвозмездно уступить ФИО1 и/или подконтрольным ему лицам свои активы в срок до 20 сентября 2015 года. ФИО1 - безвозмездно передать ФИО2 и/или подконтрольным ему лицам денежные средства в размере 90 000 000 руб. в срок до 20 ноября 2015 года.

¶ 24Реализация проекта по обмену активами в соответствии с законодательством Российской Федерации подлежала проведению до 20 ноября 2015 года (п. 4.1, 4.2 соглашения).

¶ 25Во исполнение условий соглашения, ФИО1 передал ФИО2, денежные средства в размере 280 000 долларов США, что по курсу ЦБ на день передачи составило 17 248 000 руб., о чем сторонами составлен акт N 1 передачи денежных средств к соглашению от 31 марта 2015 года.

¶ 26Поскольку ответчик ФИО2 возражал относительно подписания данного акта, судом первой инстанции по ходатайству ответчика была назначена и проведена судебная технико-криминалистическая экспертиза. В соответствии с заключением судебной экспертизы ФГКУ «111 Главный государственный центр судебно-медицинских и криминалистических экспертиз» Министерства обороны Российской Федерации №,278/18 от 31 августа 2018 года установить последовательность выполнения печатного текста и подписей от имени истца и ответчика в акте не представляется возможным; подпись от имени ФИО1 в акте выполнена не в соответствии с указанной датой, не ранее февраля 2016 года; соглашение и акт выполнены в разных условиях: печатные тексты, выполнены, вероятно, с использованием разных печатающих устройств и на различающейся по потребительским свойствам листах бумаги, подписи от имени сторон в соглашении и акте выполнены с использованием разных пишущих приборов; подпись от имени ФИО2, расположенная в акте N 1 от 31 марта 2015 года передачи денежных средств к соглашению от 31 марта 2015 года, выполнена ФИО13.

¶ 27Разрешая спор, суд первой инстанции, руководствуясь ст. 809, 810, 309, 310 ГК РФ, определил правоотношения сторон, как вытекающие из договора займа и пришел к выводу о наличии оснований для частичного удовлетворения иска. При этом суд первой инстанции исходил из того, что подписание соглашений и акта после даты выдачи денег не лишает истца права требовать исполнения по документу с уплатой процентов в порядке ст. 395 ГК РФ и процентов, установленных сторонами в соглашении, исчисляемых с даты направления истцом претензии.

¶ 28Судебная коллегия апелляционной инстанции с выводами суда первой инстанции о характере спорных правоотношений сторон не согласилась, сославшись на отсутствие в деле доказательств заключения сторонами именно договора займа и придя выводу о неверном применении нормы материального права, решение суда первой инстанции отменила.

¶ 29Вместе с тем, принимая новое решение и удовлетворяя исковые требования частично, судебная коллегия исходила из того, что поскольку факт передачи денежных средств в рамках соглашения от 31 марта 2015 года ФИО2 достоверно подтвержден, однако доказательства надлежащего исполнения им обязанности по передаче активов по данному соглашению отсутствуют, полученные им денежные средства подлежат возвращению истцу как неосновательное обогащение. Судебная коллегия также пришла к выводу о взыскании с ответчика, не исполнившего требование истца о возврате неосновательно удерживаемых денежных средств, процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 27 декабря 2017 года по 30 января 2018 года.

¶ 30Ссылка ответчика на несоответствие сведений о времени составления акта и моменте его подписания истцом (не ранее февраля 2016 года) как основание для отказа в удовлетворении заявленных требований отклонена судебной коллегией как несостоятельная.

¶ 31Кроме того, судебной коллегией дана оценка доводам ответчика о надлежащем исполнении возложенных на него обязательств по передаче активов (40% акций ПАО «Индустриальный парк «Ворга») супруге истца ФИО11 При этом, судебная коллегия указала, что заключение самостоятельного договора купли-продажи ценных бумаг ответчиком с ФИО11, впоследствии расторгнутого решением Арбитражного суда Смоленской области от 28 ноября 2016 года, не свидетельствует об исполнении ФИО14. принятого на себя обязательства в рамках соглашения от 31 марта 2015 года.

¶ 32Оснований не согласиться с выводами судебной коллегии апелляционной инстанции у суда кассационной инстанции не имеется.

¶ 33По материалам дела судебной коллегией установлено, что ответчиком обязательство по соглашению о передаче активов от 31 марта 2015 года в установленный им срок не исполнено, в то время как встречное обязательство истца частично исполнено в сумме 17 248 000 руб.

¶ 34В силу п. 4 ст. 453 ГК РФ (здесь и далее правовые нормы приведены в редакции, действующей на момент возникновения спорных правоотношений) стороны не вправе требовать возвращения того, что было исполнено ими по обязательству до момента изменения или расторжения договора, если иное не установлено законом или соглашением сторон.

¶ 35Вместе с тем, согласно пп. 3 ст. 1103 ГК РФ положения о неосновательном обогащении подлежат применению к требованиям одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством.

¶ 36Положения пп. 3 ст. 1103 ГК РФ подлежат применению в случае удержания стороной договора денежных средств после истечения срока его действия при отсутствии равноценного встречного исполнения обязательства в период его действия.

¶ 37Поскольку требование о взыскании неосновательного обогащения было заявлено истцом после истечения срока реализации проекта по обмену активами, указанного в п. 4.1 соглашения от 31 марта 2015 года, к правоотношениям сторон подлежали применению положения гл. 60 ГК РФ.

¶ 38Доводы кассационной жалобы об ошибочном применении судебной коллегией положений законодательства о неосновательном обогащении не являются достаточным основанием для пересмотра обжалуемого апелляционного определения в кассационном порядке, поскольку иное толкование заявителем положений гражданского законодательства не свидетельствует о неправильном применении судом апелляционной инстанции норм материального права.

¶ 39Доводы заявителя, не отрицающего удержание указанных денежных средств, сводятся к ссылке на различное понимание названного соглашения о передаче активов от 31 марта 2015 года, в том числе с учетом подписания акта передачи денежных средств к соглашению от 31 марта 2015 года со стороны ФИО1 позднее указанной даты. Однако, указанное не может служить опровержением вывода судебной коллегией о наличии оснований для применения к отношениям сторон положений гражданского законодательства о неосновательном обогащении.

¶ 40Факт получения денежных средств ответчиком установлен судебной коллегией на основании представленного акта передачи денежных средств от 31 марта 2015 года, подписанного ФИО2

¶ 41Проставление истцом своей подписи на данном акте позднее указанной в нем даты, приведенный вывод не опровергает. Между тем, судом апелляционной инстанции на основании оценки заключения судебной экспертизы №,278/18 от 31 августа 2018 года, вопреки утверждению автора кассационной жалобы, факт подписания названного акта со стороны ответчика ФИО2 также позднее даты его составления не установлен.

¶ 42Доводы кассационной жалобы о надлежащем исполнении ФИО2 возложенных на него обязательств по передаче активов путем продажи жене истца, являющейся подконтрольным для него лицом, повторяют позицию ответчика, приведенную им в суде апелляционной инстанции, были тщательно проверены судом апелляционной инстанции и обоснованно признаны несостоятельными, соответствующие суждения в апелляционном определении приведены. Указанные доводы, как и ссылка ответчика на то, что судом не был установлен факт наличия денежных средств у истца в требуемой сумме для передачи по соглашению, по существу направлены на иную оценку установленных обстоятельств и собранных по делу доказательств, правом на которую суд кассационной инстанции не наделен.

¶ 43Выводы оспариваемого апелляционного определения в части доводов заявителя являются правильными, мотивированными и в кассационной жалобе по существу не опровергнуты.

¶ 44На основании изложенного, предусмотренных ст. 379.7 ГПК РФ оснований для отмены обжалуемого апелляционного определения по доводам кассационной жалобы не усматривается.

¶ 45Руководствуясь ст. 379.7, 390, 390.1 ГПК РФ, судебная коллегия

¶ 46определила:

¶ 47апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 22 августа 2019 года оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

¶ 48Председательствующий

¶ 49Судьи