О признании недействительным договора дарения доли квартиры, включении имущества в наследственную массу

Текст определения

¶ 1КОПИЯ

¶ 2I инстанция – ФИО12

¶ 3II инстанция – ФИО13, ФИО14 (докладчик), ФИО15

¶ 4Дело № 88-7755/2021

¶ 5ОПРЕДЕЛЕНИЕ

¶ 615 апреля 2021 г. город Москва

¶ 7Судебная коллегия по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции в составе председательствующего ФИО16, судей ФИО17, ФИО18

¶ 8рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО11 к ФИО11 о признании недействительным договора дарения доли квартиры, включении имущества в наследственную массу (номер дела, присвоенный в суде первой инстанции, 2

¶ 9169/2020)

¶ 10по кассационной жалобе ФИО11 на решение Кунцевского районного суда города Москвы от 29 июля 2020 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 24 ноября 2020 г.

¶ 11Заслушав доклад судьи судебной коллегии по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции ФИО17,

¶ 12объяснения ФИО11 и ее представителя – адвоката ФИО9, поддержавших доводы кассационной жалобы, объяснения ФИО11, возражавшего против удовлетворения кассационной жалобы,

¶ 13установила:

¶ 14ФИО11 обратилась в суд с иском к ФИО11 о признании недействительным договора дарения доли квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, заключенного от ДД.ММ.ГГГГ между ФИО10 и ФИО11, включении указанной доли квартиры в наследственную массу после смерти ФИО10, наступившей ДД.ММ.ГГГГ

¶ 15Иск мотивирован тем, что истец и ответчик являются детьми ФИО10 и ее наследниками по закону первой очереди, после обращения к нотариусу за принятием наследства после смерти матери истцу стало известно, что она подарила ответчику принадлежавшую ей ? долю в праве собственности на указанную квартиру.

¶ 16В иске указано, что ФИО10 не имела намерения безвозмездно передать свою долю в квартире ФИО11 и не могла самостоятельно заключить договор, так как в последние годы жизни в силу своего преклонного возраста она страдала рядом тяжелых заболеваний, влияющих на работу ее головного мозга, часто заговаривалась, у нее были провалы в памяти, не всегда могла осознавать значение своих действий и руководить ими.

¶ 17Решением Кунцевского районного суда города Москвы от 29 июля 2020 г., оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 24 ноября 2020 г., в удовлетворении иска отказано.

¶ 18В кассационной жалобе, поступившей вместе с гражданским делом во Второй кассационный суд общей юрисдикции 20 февраля 2021 г. до истечения срока ее подачи, ФИО11 просила судебные постановления отменить и направить дело на новое рассмотрение. По мнению истца, судами допущены нарушения норм процессуального права, которые привели к неверному разрешению спора.

¶ 19Заслушав объяснения сторон, проверив материалы дела в пределах доводов кассационной жалобы и возражений на нее, судебная коллегия не усматривает оснований для отмены или изменения обжалуемых судебных постановлений, предусмотренных статьей 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ).

¶ 20Судами установлено, что на основании договора передачи жилого помещения в находящегося в собственности г. Москвы, в частную собственность в порядке компенсации-возмещения за жилую площадь в снесенном доме, заключенного ДД.ММ.ГГГГ в общую долевую собственность ФИО10 и ФИО11 (по ? доле каждому) передана квартира, расположенная по адресу: <адрес>.

¶ 21ДД.ММ.ГГГГ по нотариально удостоверенному договору дарения доли в праве собственности на квартиру, ФИО10 подарила ФИО11 принадлежащую ей ? долю в праве собственности на указанную квартиру.

¶ 22Сведения о государственной регистрации перехода права собственности на указанное недвижимое имущество к ФИО11 внесены в ЕГРН ДД.ММ.ГГГГ

¶ 23После смерти ФИО10, наступившей ДД.ММ.ГГГГ, наследниками первой очереди по закону являются ее дочь ФИО11 и сын ФИО11

¶ 2412 марта 2019 г. ФИО11 обратилась к нотариусу с заявлением о принятии наследства оставшегося после смерти матери.

¶ 25В тот же день ФИО11 обратился к нотариусу с заявлением об отказе от наследства матери в пользу ФИО11

¶ 26В целях проверки доводов истца о том, что на дату заключения договора дарения доли квартиры ФИО10 не могла осознавать значение своих действий и руководить ими, районным судом была назначена посмертная судебно-психиатрическая экспертиза, проведение которой было поручено экспертам ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии им. ФИО19» Минздрава России.

¶ 27Из заключения комиссии экспертов указанной организации от 2 апреля 2020 г. № 131/з, следует, что в период времени, относящийся к моменту заключения договора дарения доли в квартире от ДД.ММ.ГГГГ, у ФИО10 обнаруживались другие непсихотические расстройства в связи со смешанными заболеваниями, что обусловило формирование церебрастенической (общая слабость, головные боли, головокружение) и неврологической (диабетическая полинейропатия) симптоматики и некоторое снижение (примерно с 2004 г.) когнитивных функций. В заключении комиссии экспертов указано, что у ФИО10 отмечались умеренные мнестико-когнитивные расстройства, сведений о прогрессировании которых не имеется.

¶ 28В этой связи, комиссией судебных экспертов сделаны выводы о том, что в юридически значимый период у ФИО10 не обнаруживалось таких нарушений психической деятельности, которые могли препятствовать осуществлению целенаправленной деятельности, правильному восприятию действительности, адекватному мотивированию своих решений, пониманию юридических последствий совершенных ею правовых действий, а в момент заключения договора дарения доли в квартире от ДД.ММ.ГГГГ она могла понимать значение своих действий и руководить ими.

¶ 29Отказывая в удовлетворении иска, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что истцом не исполнена возложенная на нее статьей 56 ГПК РФ, статьей 177 ГК РФ обязанность доказать обстоятельства, на которых она основывала свои требования, а именно – нахождение ФИО10 на момент заключения договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ в состоянии, когда она не могла осознавать значение своих действий и руководить ими. При этом, суд исходил из того, что воля ФИО10, собственноручно подписавшей договор дарения, удостоверенный нотариально, была направлена на создание указанных в этом договоре последствий по безвозмездному отчуждению принадлежащей ей доли в праве собственности на квартиру в пользу ее сына ФИО11

¶ 30С указанными выводами согласился суд апелляционной инстанции, отказав в удовлетворении жалобы истца.

¶ 31В кассационной жалобе ФИО11 оспаривала выводы судов об отсутствии в настоящем деле условий, с которыми статья 177 ГК РФ связывает возможность признания сделки недействительной, настаивала на доводах иска и апелляционной жалобы о том, что в августе 2016 г. состояние здоровья ФИО10 не позволяло ей оценить значение своих действий и по собственной воле заключить договор дарения доли в квартире. По мнению истца, положенное в обоснование решения суда заключение комиссии судебных экспертов от ДД.ММ.ГГГГ не являлось достаточным основанием для отказа в удовлетворении иска, так как содержащиеся в нем выводы о состоянии здоровья и интеллектуально-психологическом состоянии ФИО10 на момент совершения оспариваемой сделки сделаны на основании неполной медицинской документации, поскольку суды не оказали истцу содействия в получении амбулаторной карты ФИО10 из Городской клинической больницы №, в которой имелись сведения о наличии у наследодателя тяжелого заболевания.

¶ 32Указанные доводы правовых оснований к отмене судебных постановлений не содержат, по существу они сводятся к выражению несогласия заинтересованной стороны с оценкой представленных по делу доказательств.

¶ 33Судами первой и апелляционной инстанции верно определены юридически значимые обстоятельства по делу, правильно распределена между сторонами обязанность доказывания, оценка всем представленным по делу доказательствам дана в полном соответствии с требованиями статей 67, 71, 86 ГПК РФ, на их основании в обжалуемом определении сделаны мотивированные выводы, спор по существу разрешен верно.

¶ 34Оснований для иного применения норм материального и процессуального права у судебной коллегии не имеется.

¶ 35Оценив полноту, научную обоснованность и достоверность выводов комиссии судебных экспертов, суды правомерно признали заключение отвечающим требованиям относимости и допустимости доказательств, поскольку оно выполнено лицами, имеющими необходимую квалификацию и предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Исследование и выводы, приведенные в заключении экспертов, изложены достаточно полно и ясно с учетом вопросов, поставленных перед ними в определении районного суда. По своему содержанию экспертное заключение полностью соответствует требованиям действующего законодательства, исследовательская часть базируется на исследовании всей имеющейся в деле медицинской документации. Объективных оснований не доверять выводам судебных экспертов у судов не имелось.

¶ 36Ходатайство истца о вызове судебных экспертов для дачи объяснений по их заключению было обоснованно отклонено протокольным определением районного суда, с соблюдением требований статей 12, 56, 87, 166, 224, 225 ГПК РФ, с чем согласился суд апелляционной инстанции.

¶ 37Согласно части 3 статьи 390 ГПК РФ кассационный суд общей юрисдикции не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции, предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими и определять, какое судебное постановление должно быть принято при новом рассмотрении дела. Дополнительные доказательства судом кассационной инстанции не принимаются.

¶ 38Само по себе несогласие истца с выводами, изложенными в экспертном заключении, и иная субъективная правовая позиция истца, исходя из установленных по делу обстоятельств, не может служить основанием для отмены состоявшихся по делу судебных постановлений в кассационном порядке.

¶ 39Выводы судов об отсутствии какого-либо порока воли ФИО10 при заключении и исполнении договора дарения доли квартиры от ДД.ММ.ГГГГ в пользу ее сына ФИО11, полностью соответствуют обстоятельствам дела, установленным судами на основании объективной оценки всей совокупности представленных по делу доказательств в порядке статьи 67 ГПК РФ.

¶ 40Суды правомерно не усмотрели в настоящем деле обстоятельств, с которыми статья 177 ГК РФ связывает признание сделок недействительными и применение последствий их недействительности. При этом, судами были учтены обязательные разъяснения постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации».

¶ 41В настоящем деле судами первой и апелляционной инстанций не допущено нарушений норм материального и процессуального права, повлиявших на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита прав, свобод и законных интересов лиц, участвующих в деле, а также охраняемых законом публичных интересов, а также перечисленных в части 4 статьи 379.7 ГПК РФ нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебных постановлений в кассационном порядке.

¶ 42По правилам статьи 98 ГПК РФ не подлежат взысканию с ответчиков расходы истца по уплате государственной пошлины при подаче настоящей кассационной жалобы, в удовлетворении которой судом отказано.

¶ 43На основании изложенного, руководствуясь статьями 379.7, 390, 390.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции

¶ 44определила:

¶ 45решение Кунцевского районного суда города Москвы от 29 июля 2020 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 24 ноября 2020 г. оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО11 – без удовлетворения.

¶ 46Председательствующий подпись

¶ 47Судьи подписи