ФИО3 и ФИО4 о признании договора дарения недействительным в части и признании права собственности на долю квартиры в порядке наследования

Текст определения

¶ 1Дело № 88-861/2020

¶ 2(№ 88-2749/2019)

¶ 3ОПРЕДЕЛЕНИЕ

¶ 411 февраля 2020 года город Москва

¶ 5Судебная коллегия по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции в составе

¶ 6председательствующего ФИО1,

¶ 7судей Акс

¶ 8еновой О.В. и ФИО2

¶ 9рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-1499/2019 по иску ФИО3 и ФИО4 о признании договора дарения недействительным в части и признании права собственности на долю квартиры в порядке наследования

¶ 10по кассационной жалобе ФИО4 на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 24 сентября 2019 года.

¶ 11Заслушав доклад судьи ФИО5, объяснения представителя ФИО4- ФИО6 по доверенности от 30 марта 2019 года, поддержавшего доводы кассационной жалобы, а также объяснения представителя ФИО3 - ФИО7 по доверенности от 21 января 2019 года, возражавшей против ее удовлетворения, судебная коллегия

¶ 12установила:

¶ 13Решением Кунцевского районного суда города Москвы от 24 апреля 2019 года в удовлетворении приведенных выше исковых требований ФИО3 отказано.

¶ 14Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 24 сентября 2019 года решение Кунцевского районного суда адрес от 24 апреля 2019 года отменено, постановлено новое решение, которым признан недействительным договор дарения квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО8 и ФИО4, в части 1/6 доли.

¶ 15За ФИО3 признано право собственности на 1/6 долю, за ФИО4 - на 5/6 долей в праве собственности на квартиру, расположенную по указанному выше адресу.

¶ 16Указано, что решение является основанием для погашения в ЕГРП права собственности ФИО4 на указанную квартиру и регистрации права собственности ФИО3 на 1/6 долю, ФИО4 на 5/6 долей в праве собственности на спорную квартиру.

¶ 17В кассационной жалобе, поданной в суд первой инстанции 15 ноября 2019 года и поступившей во Второй кассационный суд общей юрисдикции 18 ноября 2019 года, ФИО4 просит отменить принятое по делу апелляционное определение с оставлением в силе решения суда первой инстанции.

¶ 18Изучив материалы дела, проверив законность обжалуемого апелляционного определения по правилам статьи 379.6 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов, содержащихся в кассационной жалобе, кассационный суд не находит предусмотренных законом оснований для ее удовлетворения.

¶ 19В соответствии со статьей 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального или процессуального права.

¶ 20Таких нарушений при проверке доводов кассационной жалобы не установлено.

¶ 21Окончательно разрешая исковые требования ФИО3, судебная коллегия правильно применила положения статей 166-168, 218, 1111, 1112, 1152 и 1153 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации

¶ 22Так, материалами дела документально подтверждено, а ФИО4 в кассационной жалобе не оспаривается, что ДД.ММ.ГГГГ умер отец сторон – ФИО8, наследниками которого по закону первой очереди являлись супруга ФИО8, дочери: ФИО3 и ФИО4, которые обратились к нотариусу города Москвы ФИО9 с заявлениями о принятии наследства, состоящего из земельного участка и жилого дома на нем по адресу: <адрес>.

¶ 2303 августа 2011 года нотариусом города Москвы ФИО9 выдано свидетельство о праве на наследство по закону ФИО8 на 1/3 долю указанного земельного участка и жилого дома, расположенного на нем.

¶ 2413 января 2019 года и 14 февраля 2019 года нотариусом города Москвы ФИО9 выдано свидетельство о праве на наследство по закону ФИО3 и ФИО4, соответственно, на 1/3 долю указанного земельного участка и жилого дома, расположенного на нем, каждой из наследниц.

¶ 2506 августа 2018 года умерла мать сторон ФИО8, ее дочери ФИО3 и ФИО4 также своевременно обратились к нотариусу города Москвы ФИО9 с заявлениями о принятии наследства в виде 1/3 доли земельного участка и жилого дома на нем по указанному выше адресу.

¶ 2613 февраля 2019 года и 14 февраля 2019 года указанным наследникам были выданы свидетельства о праве на наследство на указанное имущество.

¶ 27Из дела также следует, что правообладателем спорной квартиры по адресу: <адрес>, являлась мать сторон ФИО8 на основании справки ЖСК «Каскад» о полной выплате пая от 28 октября 1993 года №, что подтверждено свидетельством о собственности на жилище №, выданным 17 ноября 1993 года Правительством города Москвы.

¶ 28ФИО3, оспаривая в части 1/6 доли сделку по отчуждению квартиры, распложенной по адресу: <адрес>, указала, что спорное жилое помещение является совместно нажитым имуществом супругов ФИО8 и ФИО8.

¶ 29Истица в установленном законом порядке приняла часть наследства своего отца, что в силу пункта 2 статьи 1152 Гражданского кодекса Российской Федерации означает принятие всего наследство отца, в том числе, 1/6 доли спорной квартиры, а потому договор дарения нарушает право собственности истицы на 1/6 долю квартиры, причитающуюся после смерти отца.

¶ 30Отказывая в удовлетворении иска, суд первой инстанции ошибочно исходил из того, что ФИО3 стало известно о предполагаемом нарушении своих прав не позднее 06 июля 2008 года (шестимесячный срок для принятия наследства после смерти отца, наступившей дата), поскольку она обращалась к нотариусу с заявлением о принятии наследства лишь в виде земельного участка и жилого дома на нем и получала свидетельство о праве на наследство, а потому не могла не знать об отсутствии каких-либо документов в отношении спорной доли квартиры, равно как и о предполагаемом праве на долю в указанном наследстве.

¶ 31Поскольку с иском в суд ФИО3 обратилась 25 января 2019 года, районный суд, сославшись на ходатайство ответчицы ФИО4, отказал в удовлетворении исковых требований исключительно по мотиву пропуска ФИО3 срока исковой давности.

¶ 32Отменяя решение об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО3, судебная коллегия по гражданским делам Московского городского суда, в свою очередь, правомерно исходила из того, что в силу пункта 2 статьи 1152 Гражданского кодекса Российской Федерации принятие наследником части наследства означает принятие всего причитающегося ему наследства, в чем бы оно ни заключалось и где бы оно ни находилось.

¶ 33В силу пункта 4 той же статьи принятое наследство признается принадлежащим наследнику со дня открытия наследства независимо от времени его фактического принятия, а также независимо от момента государственной регистрации права наследника на наследственное имущество, когда такое право подлежит государственной регистрации.

¶ 34Как верно указано в обжалуемом апелляционном определении, несмотря на то, что титульным владельцем квартиры числилась ФИО8, исходя из возмездного приобретения в период брака спорная квартира являлась совместно нажитым имуществом супругов ФИО8 и ФИО8 с равными в нем долями (по 1/2 доле).

¶ 35Таким образом, 1/2 доля спорного жилого помещения вошла в состав наследства после смерти ФИО8 и подлежала наследованию в равных долях между всеми наследниками по 1/3 доле от 1/2 доли в спорной квартире, соответственно, истице ФИО3 принадлежит 1/6 доля в спорном квартире

¶ 36Установив, что ФИО3 в установленном законом порядке приняла наследство после смерти своего отца ФИО8, в состав которого входит 1/6 доля спорной квартиры, судебная коллегия законно признала недействительным в соответствующей части договор дарения, заключенный 11 мая 2011 года между ФИО8 и ФИО4

¶ 37Приводимый в кассационной жалобы довод ФИО4 о том, что ФИО3 пропустила срок исковой давности по заявленным требованиям, поскольку о предполагаемом нарушении своего права ей стало известно не позднее 06 июля 2008 года (то есть даже ранее заключения оспариваемого договора дарения от 11 мая 2011 года), ранее был предметом оценки суда второй инстанции и правомерно признан несостоятельным.

¶ 38Как верно отмечено в обжалуемом апелляционном определении, Шихонская своевременно совершила все предусмотренные законом действия, необходимые для принятия наследства после смерти отца ФИО8, вследствие чего вправе была предполагать, что и другие наследники не будут злоупотреблять своими правами и нарушать права и ее интересы, при том, что отсутствие государственной регистрации права в соответствии с пунктом 4 статьи 1152 Гражданского кодекса Российской Федерации не означает утраты права собственности истца при наследовании недвижимого имущества.

¶ 39Исследовав и оценив представленные сторонами доказательства, судебная коллегия признала достоверными объяснения ФИО3 о том, что о совершении сделки по отчуждению квартиры, включая причитающуюся ей 1/6 долю спорного жилого помещения, истице стало известно лишь при сборе документов для оформления наследства после смерти матери ФИО8, наступившей 06 августа 2018 года, при этом в суд истица обратилась 25 января 2019 года, то есть в пределах установленного законом срока исковой давности с указанной даты.

¶ 40При разрешении доводов кассационной жалобы ФИО4, направленных исключительно на оспаривание приведенного выше вывода судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда по вопросу, связанному с определением начала течения срока исковой давности, учитывается, что по смыслу части 3 статьи 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд кассационной инстанции, в силу своей компетенции, при рассмотрении жалобы должен исходить из признанных установленными судом первой и второй инстанций фактических обстоятельств, проверяя лишь правильность применения и толкования норм материального и процессуального права судами первой и второй инстанций, тогда как правом переоценки доказательств он не наделен.

¶ 41Соответственно, не имеется оснований для повторного обсуждения вопроса о допустимости, относимости, достоверности и достаточности доказательств, положенных в основу апелляционного определения, либо отвергнутых судом второй инстанции, включая те из них, на которые кассатор ссылается в кассационной жалобе.

¶ 42Таким образом, окончательно разрешая спор, суд второй инстанции верно определил характер правоотношений сторон и нормы закона, которые их регулируют, исследовал обстоятельства, имеющие значение для разрешения спора, а представленные сторонами доказательства оценил по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

¶ 43Нарушения либо неправильного применения норм процессуального права, в том числе предусмотренных в части 4 статьи 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, при окончательном рассмотрении дела также не допущено.

¶ 44Поскольку ни один из доводов кассационной жалобы ФИО4 не свидетельствует о наличии обстоятельств, предусмотренных в статье 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, оснований для пересмотра обжалуемого апелляционного определения не имеется.

¶ 45Руководствуясь статьями 379.6, 390, 390.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции

¶ 46определила:

¶ 47Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 24 сентября 2019 года по делу № 2-1499/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО4 - без удовлетворения.

¶ 48Председательствующий ФИО1

¶ 49Судьи О.В. ФИО5